Книга Долина снов, страница 28 – Майк Омер, К. Н. Кроуфорд

Мысли принца тут же стихают, растворяются в моем сознании. Я облегченно вздыхаю.

Патрульные проходят мимо, не заметив меня в укрытии. Я смотрю им вслед. Когда они оказываются на безопасном расстоянии, хватаю лозу и дергаю несколько раз: убедиться, что крепкая. Я читала о виноградных лозах с драконьими когтями, но никогда не видела. Такие встречаются только в Броселианде, они прочнее всех растений на свете. Их шипы огромные, но достаточно редкие, чтобы использовать их как перекладины. Признаться, карабкаться вверх в этом чертовом платье гораздо труднее, чем в брюках.

Поднимаюсь по лозе на мост, переваливаюсь через перила и с глухим стуком приземляюсь на ледяные камни. Сердце бешено стучит. Я спешу по мосту к дубовой двери, распахиваю ее, и в груди радостно бурлит от возбуждения. Узкая, освещенная свечами лестница ведет наверх. Я начинаю подниматься, пыхтя от напряжения. Преодолеваю несколько пролетов и добираюсь до арки, которая ведет в огромный готический зал со сводчатым потолком и высокими венецианскими окнами. Пол и часть стен покрыты мхом и нежными полевыми цветами.

За стенами замка виднеется город Корбинелль. Вдали в окнах мерцают огоньки, змеится река. Похоже на Камелот, только каменные строения здесь тусклого белого цвета, а не золотистого, и по всему городу и вдоль речного русла растут высокие дубы. Вдали вздымаются темные горы, подсвеченные розовыми и серебристыми лучами двух лун.

Сердце сжимается от необычности этого мира. Где-то недалеко ждет Рафаэль. Пора выяснить, где именно.

Достаю из кармана серебряного мотылька – глаза и уши Мордреда в замке – и кладу на деревянный стол.

— Лети, найди Рафаэля, – шепчу я. – И отведи меня к нему.

Проходит невыносимо долгая секунда, потом еще одна. Наконец крылышко трепещет и снова замирает. Я перевожу дух, когда мотылек хлопает крыльями и бесшумно поднимается в воздух. Он парит в нескольких футах надо мной, а потом порхает дальше по коридору.

Оставшись одна, я любуюсь жутким великолепием вокруг.

Красноватый лунный свет ложится полосами, в полукруглых арках надо мной сгущаются тени. Стены увешаны портретами фейри – членов королевской семьи. В призрачном свете факелов они кажутся почти живыми, заставляя сердце трепетать. Отблески свечей в канделябрах танцуют на портрете Оберона в золотой короне, размахивающего мечом в темноте. Но есть и другие картины, на которых изображен кто-то незнакомый. Похож на Талана, но со светлыми волосами и в платиновой короне. Вот он стоит на носу корабля. А вот на другой картине ведет других в бой верхом на коне. На третьей восседает на троне, серебристые глаза смотрят на зрителя в упор – строго, но с едва заметной усмешкой.

Под одним из этих портретов подпись: «ПРИНЦ ЛОТИР». Смутно припоминаю, что слышала о нем – золотом принце, который утонул двести лет назад, сражаясь во время гражданской войны на стороне короля.

В зале всего один портрет Талана. Он сидит за столом, держа в руке кубок с вином, губы искривлены в усмешке. Ничего героического, но от взгляда его темных глаз меня бросает в жар.

Откуда-то издалека доносится музыка, я направляюсь вглубь зала – убедиться, что здесь никого. Проходя мимо зеркала, смотрю в отражение и поражаюсь темному стальному блеску своих глаз. Щеки разрумянились от холода. Я верчу головой, разглядывая наложенные чары. Острые фейри-уши, как и положено, выглядывают из-под темных волос. Кривлю губы, чтобы рассмотреть заостренные клыки. Идеально. Если кто-нибудь меня увидит, притворюсь гостьей. Как я узнала в Башне Авалона, Оберон каждую неделю приглашает в замок десятки знатных семей.