Книга Башня Авалона, страница 180 – Майк Омер, К. Н. Кроуфорд

Солдаты выполняют приказ, отстреливаясь на ходу. Аткинсон хорошо обучил их. Снайперы прикрывают друг друга, ухитряясь отступать и одновременно замедлять преследователей.

Рафаэль хватает меня за руку и тащит подальше от линии огня. Я спотыкаюсь о собственные ноги, стараясь не отставать. Мы бежим по пирсу под звуки выстрелов и криков, я уже задыхаюсь.

— Нужно подняться на утесы и выбраться из города! – кричу я Рафаэлю.

— Не получится, – отвечает он. – Там уже полно фейри.

— Есть идея получше?

— Возвращаемся к лодке.

Он прав. Каким-то чудом наша лодка, пришвартованная на дальнем конце пирса, до сих пор цела. Почти все фейри высадились на другой стороне порта.

— А морские змеи?

— Они не станут нападать на одну маленькую лодку. Они здесь только для защиты флота фейри от британских ВМС. Надеюсь.

– Надеешься?

— У нас не так много вариантов.

Мы начинаем спускаться к лодке по длинному пирсу. Волны разбиваются о него с обеих сторон. Лодка всего в паре сотен ярдов. Через пять минут мы доберемся до нее и выйдем из…

Твою мать.

Высадка фейри на берег еще не закончилась. Пятеро направляются к нам, преграждая путь к лодке.

— Рафаэль! – зову я.

Мы резко останавливаемся. Двое воинов-фейри зашли с тыла. Страшнее их я не видела: мужчина и женщина в черных доспехах, каждый ростом почти в семь футов. За спинами, как боевые штандарты, развеваются одинаковые красные плащи. У женщины в каждой руке по боевому топору, у мужчины – огромный меч, его лезвие сверкает на солнце. По сравнению с этими двумя остальные фейри – просто игрушечные солдатики.

— Близнецы, – угрюмо изрекает Рафаэль.

— Кто?

— Маэртиса и Видаль. Два самых жестоких капитана Оберона. Наверное, командуют этим отрядом.

— Ох… – Я сглатываю комок в горле и поворачиваюсь, чтобы убежать, но на нас наступают еще трое. – Мы в западне.

— Ния, держись рядом. – Рафаэль поднимает меч.

Я стою спиной к Рафаэлю, лицом к трем фейри, приближающимся со стороны города. Разум вопит, когда они бросаются на нас. Выпускаю стрелу, она рассекает горло одному из них. Но с другой стороны надвигаются близнецы и их подручные. Рафаэль движется с невероятной скоростью, меч со свистом рассекает воздух. Он разрубает одного солдата, убивает следующего и скрещивает мечи с третьим.

Двое фейри бросаются на меня, я выхватываю нож. В голове раздается раздраженный голос Вивиан: «Кто же берет нож на мечевой бой?»

Первый фейри замахивается мечом. Я пригибаюсь, уворачиваюсь и касаюсь его руки. И использую весь охвативший меня ужас, швыряя его, как в топку, в сознание врага. Нет времени разбираться в его странных мыслях – вместо этого я обрушиваю магию на его ощущения, сбивая с толку и заставляя принять друга за врага. Он поворачивается и пронзает клинком напарника. Я разрываю телепатическую связь; фейри смотрит на солдата, которого только что убил.

— Эйнион! – рыдает он.

Воспользовавшись его растерянностью, я бросаюсь на него и вонзаю нож ему в горло. Он разевает рот от шока и боли, падает с пирса в пенистое море и скрывается в волнах.

Тяжело дыша, оборачиваюсь. Трое мертвых фейри лежат у ног Рафаэля. Он сражается с Видалем, мечи громко лязгают. Женщины, Маэртисы, не видно – наверное, ее тоже поглотили волны, как и убитого мной солдата. Приседаю в боевой стойке и прикидываю расстояние до Рафаэля и его противника. Громила-фейри примерно в дюжине ярдов. Я уже готова атаковать, но кто-то выкручивает мне руку. Вскрикнув от боли, я роняю нож. К моему горлу приставлено лезвие. Я тянусь к спрятанному в ботинке ножу…