Книга Последний якудза. Закулисье японской мафии, страница 126 – Джейк Адельштейн

Соглашение было достигнуто не сразу. В течение нескольких дней напряжение было очень высоким, и казалось, что вот-вот разразится война. Сайго круглосуточно наблюдал за Наставником. У него были тесные связи с генеральным директором Сумиеси-кай, что делало его прирожденным переговорщиком. Однако положение переговорщика делало его мишенью для недовольных членов Сумиеси-кай.

Однажды, когда Сайго сопровожал Наставника на территории Сумиеси-кай, члены Сумиеси-кай в темных костюмах внезапно перегородили им дорогу и уставились на них. Наступило молчание, потом они отошли в сторону, и Сайго поехал дальше. Когда он проезжал мимо них, то представил себе, как один из этих людей достает пистолет и стреляет ему в голову.

Наставник сделал вид, что ему все равно, и уткнулся в книгу, которую читал.

Когда они оказались вне досягаемости, он пошутил:

— Если что-нибудь случится с тобой или с машиной, я позабочусь о том, чтобы Сумиеси-кай выплатили мне финансовую компенсацию.

Сумиеси-кай и Инагава-кай в конце концов согласились заключить перемирие. Условия были просты: подготовка и соответствующая дисциплина внутри Инагава-кай. В этот раз без отрезанных пальцев.

До перемирия старший член клана Ягита-икки выступил на заседании Совета Инагава-кай и осудил боссов Омаэда-икка за жадность. Он не верил, что Сумиеси-кай могли вторнуться на территорию Инагава-кай и что на самом деле виноваты Омаэда-икка. Ответственность была очевидна. Главный босс Омаэда-икка Ясуо Ода и его заместитель Кунио Гото должны были уйти в отставку. Оба будут официально отстранены.

Сайго и другим членам Инагава-кай было приказано собрать компенсацию, примерно 1 миллион долларов наличными.

Они сложили деньги в новенькие портфели, купленные в универмаге, и отнесли их в офис Сумиеси-кай в Акасаке. Сайго никогда в жизни не видел столько денег в одном месте. Все они были только что напечатанными.

Босс Сумиеси-кай приветствовал их, сидя за своим столом. Он хотел войны между бандами, хотел мести. Вместо этого он получил деньги. Для него не имело значения, что драку начала мятежная группировка под началом Инагава-кай, а не сами Инагава-кай. Он хотел закончить эту драку.

Но торжествовал здравый смысл.

В комнате повисла долгая тишина, пока босс пересчитывал деньги, бросая пачки на стол, словно пары новых носков.

— Здесь 100 миллионов иен. У нас двое убитых и один раненый. Эти деньги не вернут мертвых.

Представитель Инагава-кай некоторое время молчал.

— Этого недостаточно?

— Это слишком, – сказал босс Сумиеси-кай. – Это слишком. Это не окупит жизнь. А иногда, – добавил он, – дело вовсе не в деньгах. Дело вовсе не в них. Оставь половину. Остальное забери обратно.

Никто не знал, что сказать.

— Я сказал, половину оставь, а остальное забери. А потом убирайся.

Сайго и члены Инагава-кай принялись пересчитывать деньги. Они сложили их обратно в портфели и ушли так быстро, как только могли. Им не были рады, и они это знали.

Сайго сказал своим подчиненным, что это событие было самым впечатляющим из тех, которые он видел за свою карьеру якудза. Мидзогути не понял жеста босса Сумиеси-кай.

— Почему только половину? Это неразумно, – сказал он.

— Да, это было неразумно, – поучал его Сайго. – В том-то и дело. Это старый способ якудза сказать: «Пошел ты к черту, и твои деньги туда же. Они ничего не решают». Дело не должно быть только в деньгах. Речь должна идти и о чести. То, что сделали люди из Омаэда-икка, противоречило кодексу. Это неприемлемо. Несколько лет назад началась бы война. Теперь это деловая сделка.