Книга Все чудовища Севера, страница 171 – Ана Тхия

— Другое дело! – воскликнул Бьёрн, который уже успел привыкнуть к обществу старого берсерка. Да и Улла не возражала.

На том и порешили.

А дальше все продолжили обсуждать насущные дела. Колья на северной стороне вкапывать в землю было значительно труднее: встречалось много камней под почвой. Трещина на льду зияла как пропасть, но брёвен для границы, выложенной перед ней, всё ещё было мало. Ракель жаловалась на склоки между женщинами за разделение припасов, а по её уставшим глазам было видно, что это невыносимее, чем рубить деревья и колоть лёд.

Улла погрузилась в свои мысли. Она не знала, кто встретит её следующим днём. И будут ли это друзья или враги. Хоть Бьёрн и был преисполнен уверенности, но она знала, что завтра всё будет зависеть от неё и если им удастся пройти через великанов. И если удастся найти таинственных людей. И если получится говорить с ними. И если… Очень много «если».

— Ты в порядке? – озадаченный Скалль коснулся её плеча, заставив вздрогнуть.

— Думаю насчёт завтра.

— Ты не обязана идти. Тем более с таким хлипким сопровождением, – усмехнулся он.

— О, великий воин-волк желает сам меня сопроводить? – Улла кокетливо улыбнулась Скаллю. В их глазах плескался хмель.

Рука Скалля повелительно легла на её талию.

— Я ведь могу приказать тебе не ходить, – без тени шутки признался он. И Улла видела по глазам, что он правда может.

— Ах, власть тебе так идёт, – фыркнула она, а пальцы на её талии сжались сильнее.

— Я волнуюсь за тебя, Улла, – прошептал он на ухо, уткнувшись носом в белоснежные волосы, собранные на висках в тугие косички.

— Скалль, – она повернула к нему лицо, встретившись глазами. – С тех пор как ты бросил меня одну с волками в пустынных безлюдных землях, кишащих великанами, ты потерял право беспокоиться обо мне.

Конунг еле сдержал печальную улыбку, понимая, что она во всём права. Но ничего не мог с собой поделать. Он притянул Уллу ближе к себе и ткнулся лбом в её плечо. Остальные за столом бросали на них смущённые взгляды, но старались завлечь друг друга сторонними разговорами.

— Прав был Торгни, – хрипло прошептал Скалль. – Ведьма ты.

Улла сощурилась, сложила губы в одну плотную линию и, кажется, приготовилась к броску, будто кошка.

— Пусть ведьма, – прошипела она. – Но бойся меня в гневе, северный щенок.

В ответ Скалль наклонился и впился ртом в её удивлённо распахнувшиеся губы. На этот раз за столом все замолчали. И только Хальвдан, прокашлявшись, наконец смог отвлечь их и вернуть к обсуждению лучников на площадках.

— Извинись, – прорычала тихо Улла, когда конунг отстранился, заглядывая в её глаза.

— Не буду.

— Я тебя заставлю.

— Слава тебе, если сможешь. – Он пожал плечами и смочил горло мёдом.

Улла покраснела и не смотрела ни на кого за столом. Опустила взгляд и что-то тихо шипела себе под нос. Возможно, даже проклятья.

Но Скалль лишь игриво улыбался, будто довольный своей выходкой. Улла не понимала его настроения и прежде, а уж тем более после обращения. И не понимала, связано ли то, что её тянет к конунгу, с прежним расчётом и желанием быть защищённой им или теперь она и вправду ощущала дрожь в коленях, когда Скалль оказывался рядом.

Их редкие разговоры, часто только о Торгни, который любил обоих, делали их ближе. Его беспокойство согревало Уллу, но не из-за страха за себя, а из тёплого чувства значимости в его жизни. Она берегла его доверие, никак не подавая вида, что знает о секретном даре. А он наконец получил из её уст ответ на свой самый давний вопрос.