Книга Все люди севера, страница 129 – Ана Тхия

Потом выскочили волки. Улла не смогла даже завизжать, успела только отшатнуться и вжаться в стену дома, наблюдая, как испуганные звери мчатся мимо неё, путаясь в ярком свете факелов, теряясь, пугаясь, спотыкаясь и убегая прочь, почуяв людей вокруг.

Волк, остановившийся на границе света, направил на Уллу пронзительные жёлтые глаза. Он был напуган больше, чем вёльва могла представить. Волк переступил с лапы на лапу, пропуская мимо себя волчонка, обернулся, испуганно прижался к земле и тихо заскулил, как замёрзший щенок. Улла сглотнула, ощущая тянущее чувство скорби и желание помочь зверю. Но она не могла – поэтому просто смотрела, как волк, покружившись, вновь кинулся в лес.

Зверям повезло, что они не переломали лапы о скалы и камни, не выкололи себе глаза ветками в попытках добежать до спасительного света. Не только пугающая тьма гнала зверей прочь из леса. Но и то, что затаилось в ней.

Раздался вой. Оглушительный и страшный, как если бы сотни волков завыли одновременно. Притаившиеся рядом олени вновь испуганно кинулись прочь. На первый вой откликнулся второй. Улла смотрела в темноту, боясь увидеть то, что там пряталось. Тени опять задвигались, а бледный белый свет продрался сквозь дома и деревья. На этот раз он был куда больше – словно приближался.

— Что тут творится?

Торгни, Скалль и Ракель окружили вёльву и вгляделись в темноту.

Сейчас на конунге была массивная накидка из чёрного меха и с волчьей пастью прямо рядом с шеей. В руках он сжимал один из верных коротких топоров. Второй топор покоился за подтянутым поясом.

— Это Сколль и Хати, – вздохнула Улла. – Они спустились в Мидгард.

Слышалось, как кто-то или что-то врезается в стены и натыкается на заборы. Люди кричали, встречаясь в темноте со зверьём.

— А где сами волки? – конунг вышел вперёд, прикрывая собой Уллу.

Этот жест не укрылся от вёльвы, и она не упустила случая кинуть высокомерный взгляд на Ракель, будто ожидая увидеть в той намёк на ревность, которую испытывала сама. Но воительница, держа наготове копье и щит, озиралась по сторонам, будто вовсе позабыв о конунге. Улла одернула себя.

Из-за большого дома выпрыгнул волк. Он запутался в растянутой веревке со знаменем Ставангра, упал, вызвав в толпе людей испуганные возгласы. Зверь рычал и скулил, совершенно сбитый с толку.

— Убьём его! Это одно из чудовищ! – взревели люди.

— Стойте! – Улла схватила за руку уже двинувшегося к зверю Скалля. – Это не один из сыновей Фенрира! Это просто испуганное животное…

— Это ещё одна тёплая шкура! – Торлейв, не дожидаясь больше слов, ударил своим огромным топором по шее барахтающегося в верёвке зверя. Волк грустно завыл, захрипел и затих навсегда.

Улла сжала зубы и отвернулась, вновь всматриваясь в ночь.

— Они где-то там, в темноте, – прошипела она. – Наслаждаются нашим бессилием.

Волки завыли вновь, а потом послышался громкий звук обваливающихся крыш в отдалённой темноте. Две пары огромных горящих глаз уставились на людей.

— Какого же тогда они размера?.. – вздохнул Торлейв, стряхивая кровь со своего топора.

— Достаточного, чтобы проглотить солнце и луну, – прошептал Скалль, пытаясь углядеть хоть что-нибудь во тьме. Отблески факелов обрисовывали силуэты разинутых пастей. Отсвечивали белые зубы, мокрые носы волков поблескивали в темноте, а огромные глаза продолжали изучать горстку людей.