Книга Корона рогатого короля, страница 118 – Янка Лось

Беатрис кивнула. И вдруг схватила Фарлея за руку:

— Послушай. Мне кажется, я знаю, кто мог их нанять. Меня хотели не ограбить, а убить.

* * *

Эпона замерла, вглядываясь в знакомое лицо с незнакомой улыбкой и каменными жилами на висках и скулах. Голос еще звучал в воздухе. Тот самый голос, но… Не те интонации. Не те слова. Не то. Не то. Не то.

— Это не ты, – выдохнула она. – Кто ты? Где Эдвард? Отвечай, где Эдвард!

Тот, кто стоял перед ней, рассмеялся:

— Я тот, кто лучше него. Я король Моран Пендрагон!

Медвежонок сел рядом с ней, как собака. От ощущения поддержки стало легче. От Морана – жутко и отвратительно.

Эпона не отступила ни на шаг, глядя прямо и зло.

— Говори, где он! Я пришла за ним. Я люблю его.

— Я тебя тоже, хотя не здесь бы это говорить, – произнес знакомый голос. Медвежонок радостно порысил навстречу Эдварду, настоящему Эдварду, который уже подошел к Эпоне, крепко взяв ее за руку. И посмотрел на Морана:

— А теперь – отпусти нас обоих. Теперь мы вместе. И на твой обман моя невеста не поддалась.

— Я знаю ваши сказки, – усмехнулся Моран Пендрагон, возвращаясь в обычный свой облик получеловека, полукамня. – Глупые, человеческие. Там прекрасная дева приходит за любимым в замок мрачного колдуна. А колдун превращает его в птицу или скота и пускает в стадо таких же скотов. Говорит: узнаешь – заберешь.

Он посмотрел на Эдварда и Эпону, словно решал – во что бы такое поинтереснее превратить обоих.

— Я не человек. У меня свои сказки. Но узнала – забирай, это забавно. Я даже дам тебе время. Пока горит одна свеча. Например, эта.

Он лениво придвинул к себе подсвечник, заляпанный салом. Толстая, давно оплывшая свеча загорелась под его прикосновением.

— Пока свеча не догорит, бегите. Когда погаснет – мы с гончими начнем славную зимнюю охоту. Охота на людей – хорошее развлечение для фомора. Мой отец как-то разогнал по лесу целое войско.

— Я не собираюсь тебя развлекать, – начал было Эдвард.

— Не развлекай. Просто беги. Или сядь на пол и останься. О своей участи ты знаешь, а твою подружку я оставлю здесь служанкой на цепи. Раз без тебя ей свет не мил. Будет смешно, если она тебя переживет. Что смотрите? Люди не умеют убивать взглядом. Свеча уже горит. А гончие бегут быстрее вас.

* * *

Приют оказался несколькими жавшимися друг к другу маленькими домиками в глуши. Разновозрастные оборванные дети играли в снежки на улице, катались с кособокой ледяной горки, за ними приглядывали две закутанные в теплые платки по самые глаза женщины, молоденькая и постарше. Увидев красивую карету с гербами, дети кинулись навстречу, женщины тоже растерянно сделали несколько шагов к знатным гостям.

Том помог Беатрис сойти, и обе женщины низко поклонились ей. Старшая отвела в сторону детей, а младшая робко спросила:

— Вы, верно, леди, заблудились? Дорогу вам указать? Я сейчас мальчишку из старших покличу, проедется с вами немного, ему и в радость…

— Нет-нет, я от вашей патронессы, графини Мур, с подарками на Йоль, – удержала ее, готовую бежать, Беатрис. – Простите, что не на сам праздник.

Женщины переглянулись с недоверчивой радостью.

— Да неужто вспомнила она о нас?! – всплеснула руками старшая. – Точно нам подарки? Мы ж, леди, графиню лет пять не видели уже… Вы проходите, леди, проходите, и вы, милорд, только у нас не то чтоб красиво. Зато суп капустный варили вчера, сегодня он только лучше. И хлебный пудинг делали с вареньем яблочным, по осени наварили много. Найдем чем угостить. И кучер ваш пусть погреется.