Книга Корона рогатого короля, страница 145 – Янка Лось

Может, и здесь удастся?

Внутри, под потолком, висели светящиеся сферы, похожие на венки омелы, только в растениях угадывались ежевика, плющ, виноград, бузина и терн. Удивляли кресла. Каждое из них мало напоминало трон, на котором сидел король Далриат. Это были необычные сооружения, снизу напоминавшие пень, корни которого уходили в землю, а спинку образовывало сплетение ветвей разных деревьев. Живых. Покрытых свежими листьями, несмотря на зиму.

Старейшины сидели полукругом. Самый старший из них напоминал возрастом отца Эпоны, но лишь внешне. Ему могла быть и тысяча лет. Светлые волосы с серебристыми прядями, красный плед через плечо и Кристалл Души, обвитый листьями ясеня. Эпона почувствовала, что язык сделался тяжелым. Что она скажет им? Ей не дано, как Фаолану Кейну, с двух слов сводить толпу с ума.

Значит, сведет с трех.

— Что я слышу, Гьетал? Ты говорил, будто Горт Проклятый потерялся в пустошах междумирья и многие сотни лет будет искупать там свои злодеяния, а сегодня он предстает перед нами по собственному желанию. И желание его сродни его же гордыне – непомерно. Никогда человеку не давали здесь слова. И почему этой дочери дымного очага я должен его дать?

— Не затем, чтобы потешить самолюбие Горта, но лишь ради справедливости я прошу тебя, Коэн, услышать слова твоей дочери, Ройсин из семьи Ясеня, вошедшей по праву брака в семью Ежевики.

Гьетал улыбался, чуть склонив голову. Филид скрыл удивление и внимательно посмотрел на строгую и изящную женщину-ши с удивительной красоты волосами, уложенными в косы сложного плетения. Шпильки в виде виноградной лозы удерживали эту красоту, золотые гроздья спускались с них к плечам и звенели при каждом ее шаге.

Женщина подошла к Эпоне, посмотрела на нее остро и внимательно и встала рядом, касаясь плечом:

— Эта девушка из мира людей стала сестрой по крови моей Эшлин. Я чувствую и признаю в ней кровь семьи Ежевики. Если она желает говорить, то слова ее будут сказаны так, как сказала бы моя дочь.

Они замерли в молчании, глядя друг другу в глаза. Эпона поняла, что смогла выдохнуть, только когда филид семьи Ясеня, Ньин, кивнул:

— Да будет так. Я слышал, что жених ее, потомок человека Арктуса, получившего благословение Нуаду Серебряной Руки, решил породниться с семьей Ежевики. И не боится игл среди цветов.

Эпоне показалось, что на его последних словах лицо Ройсин дрогнуло, но она промолчала, склонила голову и отошла из круга. Светильники под крышей погасли, кроме того, что был над головой говорившего, и того, что освещал Горта. Было очень странно видеть бывшего ректора Дин Эйрин в таком же пледе через плечо, как у его соплеменников, и уже без рубашки. Видно, ши был не страшен холод. На обнаженном плече вились синие узоры, разве что они не светились. Горту не вернули Кристалл, и магических сил в нем почти не было. Правда, выглядел он отдохнувшим и подлеченным.

За стволом дерева стояли незнакомые ши, Эпона уже немного научилась различать их по цветам пледов и платьев, по вышивке, по листьям в волосах и подвескам, каждая из которых говорила о принадлежности к семье, роду. Они стояли молча, и было странно, что такая толпа не галдит, не перешептывается, не ест орехов и не смеется. Но они пришли сюда не на развлечение, как ходят на суды люди.