Книга Корона рогатого короля, страница 40 – Янка Лось

— Медленно, су… – обернувшись на Эпону, он исправился: – Может лучше, медведь толстожопый! Вы пишите, госпожа инквизитор, что все прошел чисто, но с такой-то скоростью колченогой козы от смерти не убежит.

— Так и писать, наставник Шихан? – отозвалась Эпона, макая перо в чернильницу.

Кажется, она выбрала верный способ поведения. Преподаватель засопел, расправил усы и проворчал.

— Ну найдите, как смысл передать, вас же в университете учили.

Она писала о нерасторопности студента и впервые задумалась о том, кто такой Шон Шихан. Неужели он сам не учился в Дин Эйрин? Почему ей так не терпелось начать реальные расследования, но узнать больше о наставниках или соучениках не довелось? Этих людей Эпона видела, как стиснувший зубы угловатый студент сейчас воспринимает деревянную стену с канатами и брусками-ступеньками. Не человек, а препятствие. Что сказала бы любимая сестра Эшлин, увидев это? В траве у реки могут скрываться горькие корни, но это не делает весь луг ядовитым.

Из раздумий, не мешавших записывать за магистром Шиханом, Эпону вывел громкий крик боли. Один из студентов, тот самый Конайре, сорвался с каната, точнее, рухнул вместе с порвавшимся канатом. Падая, он ударился о деревянный брус опоры и лишь потом свалился в растоптанную соучениками грязь. Шон Шихан жестом приказал Эпоне оставаться на месте и побежал туда, куда уже рванулись помощники. Бежал он размеренно, но очень быстро.

Юношу увели, хотя правильнее сказать, унесли. На одну ногу он встать не мог совсем. Веревку заменили. Наставник Шихан вернулся и дал отмашку продолжать. Теперь студенты осторожничали, и Эпона бесконечно слышала, как их подгонял словом преподаватель.

— Отметьте, что веревка была намазана отваром разрыв-травы. Тут повсюду растет. Проверить руки после испытания – на желтые пятна. У кого найду, руки как раз и поотрываю, – мрачно бросил Шон Шихан, не отводя взгляда от проходящих «путь выживания». – Так, этому чибису, как там его, Маккуин, напишите, что скорость – это еще не все, надо внимательно идти, не проскакивая препятствия. Тоже мне хитрый нашелся.

Эпона обмакнула перо в чернильницу и одним росчерком убила надежду будущего инквизитора Маккуина на зачет. Шон Шихан любил давать прозвища и ловко подмечал особенности учеников. Гладкие волосы и неожиданный вихор спереди, точно как хохолок у чибиса. Это был тот самый, мелкий и улыбчивый, – Эпона почувствовала укол жалости.

Слова о разрыв-траве ей очень не понравились. Неужели кто-то среди соучеников такая же подлая тварь, как ее родной братец Фарлей? Если он поступил так, значит, по жребию был одним из первых и точно не боялся свалиться с каната сам.

— Магистр Шихан, могу я спросить?

— Валяйте.

— Как быстро действует разрыв-трава?

— Она вызрела, так что быстро, но не сразу. Считайте, за пару человек до О`Хара этот паскуденыш шел, ну самое большое – за трех. Шел, траву растертую в ладонях держал вместе с веревкой и прямо у нас на глазах веревку и мазал. Не болтаем, пишем.

Когда последний испытуемый, долго болтаясь на канате, наконец зацепился ногами за прорезь в деревянной стене и кое-как на нее взобрался, а потом съехал вниз по ступенькам, большей частью на собственном заду, наставник объявил построение. Будущее инквизиции королевства Далриат вытянулось в линию. Эпона, повинуясь кивку Шона Шихана, встала в конец шеренги. Теперь записи были у него под мышкой, поэтому он не размахивал рукой, а просто насупил брови и шумно вздыхал после каждой фразы.