Книга Корона рогатого короля, страница 60 – Янка Лось

И вообще это и есть настоящее расследование.

Девушек с улицы сомнительных развлечений, если собрать все слухи и считать Оливию, пропало семь. Но про одну сильно подозревали, что она просто сбежала с мужчиной, прихватив пару чужих платьев, деньги хозяйки и вообще неплохо приготовившись. Они были разной внешности, возраста и происхождения, но всех объединяло, помимо основного занятия, появление на рыбацкой пристани. Две имели привычку прогуливаться там под ручку, зазывая в свой дом. Одна собиралась купить духи в лавке заморских редкостей, откладывала на них деньги, ждала и ходила узнать, привезли ли уже, ее подруга также ждала какое-то полузапрещенное зелье. Еще одна встречалась с рыбаком в свой свободный день. Только та, которая перед исчезновением собрала вещи, на пристани не появлялась, или этого никто не знал. Она выбивалась из общего ряда, и мысленно Эпона вычеркнула ее оттуда. Непохоже.

Значит, скорее шесть. Шесть девушек. Убиты или ждут спасения.

— Если никто с пристани, о ком мы не знаем, не пропал, торговки, например, – думала она вслух. – Тогда может быть больше.

— Я вчера все там обегал и расспрашивал. Нет, никто не пропадал. Да и в лавках одни мужики сидят. Там же запрещенное часто продают, понимаешь? Покупают с кораблей и перепродают. Иногда приходится неожиданно сбегать, драться со стражей, всякое такое.

На них уже обрушили множество домыслов об Ужасе Пристани, как называли виновника исчезновений сами девицы. По их версии, это был призрак рыбака, который в ужасный шторм не доплыл до своей возлюбленной и обиделся на всех женщин. Убедившись в этом, Эпона прямо-таки услышала в голове голос магистра Кейна: «Ищите преступника из плоти и крови. Люди творят намного больше зла, чем существа из легенд и сказок».

— Может, горячего вина? – появилась у их столика служанка. – Похолодало как! Я сейчас на улицу сунулась – не иначе, вот-вот снег пойдет.

Все трое благодарно закивали.

— Снег, – Эпона поймала крутящуюся мысль. – Идет Самайн. Помните, нам говорили, что разные безумцы и преступники в дни Самайна и Йоля могут совершать свои злодейства, надеясь обрести большую силу. Может, девушек похитили для чего-то такого?

Конайре слегка позеленел и свежепринесенное вино выпил наполовину длинным глотком.

— Подожди, это значит, что они живы, – заторопилась Эпона. – Слушай, нас в свое время тоже собирались убить на Самайн – и ничего. Спаслись. Я вам потом расскажу, если хотите.

— У нас дома на Самайн зажигали семь свечей, – вспомнил вдруг Тиарнан. – А у вас?

— Конечно, это все делают, – кивнула Эпона. – Одна живым, вторая мертвым, третья еще не рожденным. Четвертая небу, пятая земле, шестая ветру…

— Седьмая удаче во тьме, – вспомнил Конайре. – Ребята, у него шесть девчонок сейчас, да? Если та самая Милдред правда просто обокрала хозяйку и сбежала. Может, он ищет седьмую?

— Семь – число Самайна. – Эпона даже вскочила. – Ты гений! Нам нужна седьмая девушка, спокойно гуляющая по пристани, чтобы он выдал себя. И это буду я!

* * *

Таверна была славная, Эдварду уже приходилось в нее заглядывать. Довольно чисто и вкусно, днем туда заходили горожане, вечером встречались и небогатые дворяне, случались студенческие попойки. Холодный ветер усиливался, нес первые снежинки и намекал, что неплохо бы выпить горячего вина или просто пива, заесть колбасками. После приторного пирога самое то.