Книга Корона рогатого короля, страница 96 – Янка Лось

Когда слуга объявил, что прибыл помощник ректора Дин Эйрин, Стэнли Рэндалл, Маргарет вздрогнула. Она успела задремать, глядя на пламя, придумывая, что сказать тому, кто на балу так случайно разбередил ее рану.

— Ваше Высочество! – поприветствовал ее гость. Когда он стоял, склонясь, в университетской мантии, а темные пряди чуть вьющихся волос рассыпались по плечам, в них лишь не хватало легкой седины, а в остальном сына легко можно было принять за отца. Тот же рост, та же стать, тот же, только более юный, но завораживающий тембром голос. От этого голоса что-то трепетало внутри, хотелось закрыть глаза и протянуть ему руку, чтобы коснулся губами.

А он заговорил не о том:

— Вы вправе казнить меня за то, что не уберег Его Высочество. Я готов ответить за это, но надеюсь…

— Я верю, что готовы, но… пусть все мы сегодня тревожимся за Эдварда, его ищут те, кто умеет это делать. Глупо винить вас в том, что произошло во дворце, где даже стража не обнаружила и не остановила злоумышленника. Я хотела… услышать правду о другом. Подойдите и сядьте напротив меня.

Она отложила привычное шитье и наконец протянула руку для поцелуя.

Рэндалл подошел к камину и, прежде чем сесть в указанное кресло напротив, послушно и вежливо коснулся губами кончиков пальцев принцессы. Маргарет почувствовала, как внутри теплеет, а пальцы, до того холодные, покалывает. Так бывает, если вернуться с мороза и опустить руки в горячую воду.

— Вы помните, как были учеником ректора… Горта Галлахера? – принцесса произнесла это имя, чувствуя, как оно горчит на губах застарелой болью.

Она увидела, как широко распахнулись глаза собеседника, который не смог сдержать удивления. Сейчас он казался ей очень красивым – резкий профиль с тенями от играющего в камине огня, совсем отцовский. Маргарет было неловко от того, что ей нравится смотреть на почти незнакомого человека. Нравится замечать мелкие детали его облика, оттенки его чувств. Это затягивало, как азартная игра.

— Помню, принцесса. Он был сильным, мудрым, но жестким и опасным учителем. И хорошо научил меня тому, как опасно безоговорочно доверять.

— Вы чувствуете себя виноватым в том, что не знали правды о его планах?

— Я думал, что помогаю ему защитить мир от чудовищ, и едва не стал чудовищем сам, – Рэндалл говорил немного глухо, но было видно, что в глазах его отражается сильное чувство. Стыд? Ярость? Печаль? Маргарет пока не могла разобрать.

— Признайтесь, вам ведь тоже больно, когда теперь уже его называют чудовищем? Вы… не поверили в это до конца?

Рэндалл замер, будто окаменел. Его правая рука вцепилась в подлокотник кресла, а указательный палец левой коснулся лба. До боли знакомый жест. Принцесса не услышала, скорее разобрала по губам.

— Вы правы.

Маргарет поднялась резко, у нее закружилась голова от волнения. Увидев, что она теряет равновесие, Стэнли Рэндалл подхватил ее, уже не думая о приличиях. Принцесса почувствовала, как сильная рука не дает ей упасть в сторону камина, а щека ее касается бархатной мантии, пахнущей вереском. Сердце ее билось так сильно, что отдавалось в горле, а еще она слышала, как бьется его сердце. И от каждого удара ей становилось жарче.

— Любить не стыдно, – тихо произнесла Маргарет то, что не раз говорила себе. – Любить отца, учителя, жениха… вопреки. Пока ты не оправдываешь любовью зло. Он сделал много зла. Но ни мне, ни вам даже не дали поговорить с ним об этом.