Книга Дневник Дерека Драммона. История моей проклятой жизни, страница 65 – Кейтлин Эмилия Новак

Не удивлюсь, если Арлайн бросит все и сбежит со своим возлюбленным в Англию, когда подойдет день ее назначенного бракосочетания. Ведь у них не просто роман, это не игра, не летнее увлечение – они влюблены до беспамятства. Взгляды, прикосновения, особая интонация в голосе, когда они говорят друг с другом, – все это невозможно сыграть.

Не знаю, конечно, что будет с Малькольмом и Кенной, но точно ничего хорошего. Возможно, слава рода пошатнется, и бизнесу снова придется выживать без внешнего капитала, но это их проблема. Что касается Арлайн, то, если она уйдет, спасет себя, сорвет этот спектакль, я, пожалуй, буду рад за нее, потому что брак с Маркосом – это не жизнь. Он сломал бы ее – возможно, не быстро, по-своему, так сказать, в процессе.

Я словно смотрю телесериал под названием «Мак-Кензи». Телесериалы сейчас в моде. Много серий, запутанные сюжеты, драмы, повороты, отцы-тираны, несчастные невесты, неожиданные спасители. Интересно, что же будет в следующей серии?

За последние дни в семье Мак-Кензи произошла целая цепочка событий, которая вполне могла бы стать сценарием для очередной серии моего телесериала. Темп развития сюжета ускорился, атмосфера стала ощутимо тревожнее.

Роман Арлайн и Ричарда развивался стремительно. Как и следовало ожидать, Кенна что-то почуяла. Однажды я увидел, как она вышла из Касл Мэл вслед за дочерью и стала следить. Не будь я в этот момент вороном, честно признаюсь, я бы предупредил девочку, крикнув ей: «Беги!» Но я не мог, не вправе.

Арлайн и Ричард в тот день лежали на опушке – целовались, смеялись. Молодость делает это без оглядки, как будто весь мир построен из их дыхания и пульса. А Кенна, прячась за стволом дерева, наблюдала за ними, как охотник за дичью. Ее лицо исказилось от ярости, глаза сузились в щели, челюсть сомкнулась так плотно, что я запереживал, не раздавит ли она собственные зубы в труху. Не хотелось бы оказаться в списке врагов этой женщины и уж тем более быть на месте ее дочери.

Спустя несколько минут Кенна тихо, почти беззвучно покинула свое укрытие и направилась обратно – с той самой механикой движений, которая у нее появлялась, когда внутри – буря, а снаружи – ледяная маска.

Мне стало интересно, что будет дальше. Сюжет разворачивался прямо на глазах. Я последовал за Арлайн. В замок попасть не удалось, но я пристроился у окна гостиной. Арлайн вернулась сияющей, расслабленной, счастливой. За дверью ее уже ждала мать вне себя от ярости. Губы сжаты в линию, руки – как каменные. Ни слова, ни предупреждения, и вдруг – удар со всей силы. Арлайн отлетела назад и упала на пол. Все счастье, вся легкость исчезли в одно мгновение. Начался скандал.

Девочка умоляла. Слезно просила не выдавать ее за нелюбимого, позволить уехать с Ричардом, но все было бесполезно. Вскоре появился Малькольм. Он уже все знал – видимо, Кенна сообщила ему новость сразу по возвращении. Арлайн заперли в комнате, запретив покидать замок.

Несколько дней с подоконника ее окна я наблюдал – сердце девочки было разбито, она плакала все дни напролет, лицо опухло от рыданий. И мне было искренне жаль этот жизнерадостный лучик солнца, который угасал день за днем на моих глазах.