Книга Помощница антиквара, страница 5 – Амари Санд

«В моем? Мире?» — зацепилась за промелькнувшую мысль и застыла, пораженная неприятной догадкой.

— Не разыгрывайте спектакль, Александра, — низким голосом ответил незнакомец. — И не рассчитывайте на снисхождение. Доктор Бехтерев подтвердил, что вы здоровы. Через пару дней вас переведут обратно в камеру.

— Здорова? — я вычленила главное из слов мужчины. — Но как вам удалось? Я должна была погибнуть в пожаре. Вы должны знать! Игорь толкнул меня на стеллаж с реактивами. Они упали и смешались, началась неконтролируемая цепная реакция. Он…

— Довольно бреда! — рявкнул незнакомец так, что я невольно замолчала и посмотрела на него обиженным взглядом. А ведь он мне даже понравился: не красавец, но мужественный, сильный. — Яд вызвал сильную лихорадку. Но у вас крепкий молодой организм, который переборол заразу.

— Яд? Вы, должно быть, шутите. Когда бы Игорь успел меня отравить? — опешила я, проворачивая в памяти последние события. — Нет, вы что‑то путаете.

— Игорь? Это кто? Подельник? Он причастен к заговору? Фамилия! Адрес! Говори, живо! — прикрикнул он командным тоном, от которого хотелось вжаться в кровать и спрятаться под одеялом.

— Почему вы на меня кричите? — пробормотала я, осознавая, что меня явно с кем‑то перепутали. Но ведь мужчина обратился ко мне по имени. Значит, точно знал, кто я такая. — И вообще, кто вам дал такое право? Здесь есть телефон? Я бы хотела позвонить родителям. Они, наверняка, сходят с ума от беспокойства.

— Телефон? — у мужчины сошлись на переносице черные брови. — Это артефакт связи? Не припоминаю, чтобы такие производили в Российской империи. Вот вы и выдали себя, Александра! А ну! — он неожиданно подался вперед и навис надо мной, вынуждая замереть от страха. — Говори, на кого работаешь? Сколько вас всего, заговорщиков? Как вы спланировали покушение на великого князя Романова?

— Кого? Романова? К‑какие заговорщики? Какая империя? Она же перестала существовать после тысяча девятьсот семнадцатого года. Больше ста лет прошло. Вы в своем уме?

— Что значит — перестала существовать? — вызверился незнакомец. — Да за такие речи вас не на каторгу отправят, а прямиком на виселицу! Да будет вам известно, что вчера на Дворянском собрании граф Георг Францевич Витте официально объявил о вашем изгнании из рода с лишением титула, всех прав и привилегий.

— Кто такой этот граф? И почему меня должно это волновать? — растерялась я. — Послушайте, не надо так нависать! — коснулась рукой мужчины, намереваясь отодвинуть его.

В тот же миг я провалилась в странное видение, в котором оказалась на месте Еремеева Кирилла Аркадьевича, следователя из столичного полицейского управления, представшего перед главой Тайной канцелярии. Глубоко под землей, в Гранитной палате, Иван Игнатьевич Ушаков принял его присягу, произнесенную над «Евангелием от Единого». С того момента жизнь, честь и воля господина старшего дознавателя целиком принадлежали империи. Он отрекался от прошлого в пользу долга и служения, которые становились главной целью его дальнейшей жизни.

Дворянина Еремеева с этого момента не существовало. Официально он считался умершим, а все права на имение и наследуемый титул переходили старшему из имевшихся родственников.

Пройдя через добровольное отречение, Кирилл получил стилет, печать и перстень, которые глава Тайной канцелярии лично настроил на нового владельца, и новое имя — Ермаков Константин Андреевич. В ходе церемонии новоиспеченный дознаватель получил руническую защиту, нанесенную прямо на кожу. Он мужественно вытерпел болезненную процедуру и покинул Гранитную палату твердым шагом, чтобы вершить правосудие от имени империи.