Книга Колдовство — не грех, а средство выживания, страница 4 – Алия Балгереева

А в какую сторону мы летим-то? Я завертела головой, пытаясь отыскать на небосводе ответ по звездам. Но, к сожалению, все мои познания в астрономии сводились к тому, что солнце встает на востоке, садится на западе, а еще есть север и юг, которые находятся в противоположных друг от друга направлениях.

А куда мне нужно? О том, что находится дальше по курсу, я имела представление довольно смутное. Наверняка какая-нибудь деревня или даже город.

Вот найду себе тихую деревушку где-нибудь в глуши, и поселюсь в домике на окраине. Можно будет поменять взгляды тамошних жителей на магию, показать, что это совсем не страшно, а иногда и полезно. Вот только надо сначала этой самой магией научиться пользоваться…

* * *

Через некоторое время эйфория от неожиданно приобретенной свободы отошла на второй план, я начала подмерзать от ледяного ветра, дующего мне в спину, и вообще решила, что лететь задом наперед и вверх тормашками не очень-то удобно.

И если развернуться на летящей метле мне удалось сразу, то договориться с ней о том, кто будет сверху, не получалось. Метла, уверенно считая себя тут главной, не давала мне ни поменять направление полета (или же просто я неправильно ей управляла), ни сесть на нее более-менее нормальным образом. В итоге я смирилась и вытянулась вдоль древка, плотно обхватив свой транспорт ногами и руками.

Когда краешек небосвода начал светлеть, я уже окончательно окоченела и держалась на одном упрямстве. Как заставить сие дивное средство передвижения приземлиться, я не имела ни малейшего представления. Да еще и чувствовала себя хуже, чем после целых суток работы. Голова слегка кружилась, а звезды перед глазами расплывались. Сознание упорно пыталось уплыть, но я все же старалась не отключиться и даже заметила, что метла летит по какой-то странной траектории (пьяный сторож и то прямее ходит), постепенно снижаясь.

Видимо, ее летательные способности напрямую зависели от запаса моих колдовских сил, которые, скорее всего, так же, как и физические, уже на исходе.

А что подо мной? А подо мной лес, да. Хорошо, хоть не деревня, а то бы меня точно сожгли за колдовство. И падать, наверное, не очень жестко будет.

На этой оптимистичной ноте сознание-таки покинуло мое бренное тело, и пальцы, кажется, соскользнули с деревяшки, которую обхватывали уже Тьма знает, сколько времени.

Большой Див и его команда уже давно спали. Кто у догорающего кострища, кто в поставленных на скорую руку шалашиках, сооруженных их лапника. И если звучный треск большинство членов небольшой компании оставило без внимания, утомленное успешной вылазкой, то отборная ругань главаря, спешно выскочившего из ломающегося шалаша, подняла на ноги всех.

Взоры разбуженных, а потому недовольных людей «радовал» сложившийся шалаш, на остатках которого валялось чье-то безжизненное — или в скором будущем безжизненное, ибо злющие разбойники не собирались щадить нарушителя их спокойствия — тело и, собственно, хозяин шалаша — Большой Див, продолжающий смачно ругаться. Довершила картину маслом метла, пару мгновений позже свалившаяся прямо на голову главного разбойника.

— Гля, да это же девка! Симпатичная, — разглядывая хрупкое существо, которое, несмотря на короткую стрижку, никак нельзя было принять за парня, сообщил один из парней, худой и верткий Лис.