Книга Зимняя пекарня «Варежка с корицей», страница 4 – Анна Кейв

Пальцы сами собой набирают в заметках заголовок: «Операция “Снегурка”».

…и пирог – не радость, и бюджет – не резиновый.

Дома пахнет яблочным пирогом. Пулей снимаю верхнюю одежду, закидываю рюкзак в гостиную и бегом на кухню.

— Ты сегодня задержалась, – замечает Ника – моя старшая сестра. – Пирог уже почти остыл.

Она выбирается из-за стола, опираясь на него так, что ножки грозят разъехаться по скользкому линолеуму. С каждой неделей беременности она становится все круглее и неуклюжее.

— Я сама сделаю чай, сиди, – отмахиваюсь я.

— Могла бы сразу сказать, – ворчит Ника и пытается обратно уместиться вместе с животом. – Я буду каркаде.

— Каркаде? – морщусь. Гадость несусветная! Им только яйца на Пасху красить.

— С долькой лимона, – добавляет она, наблюдая, как я хлопочу по кухне. – Да не этот лимон! Вон, в лимоннице уже нарезанный.

Ника старше меня всего на четыре года и учится на третьем курсе педагогического университета. Правда, с этого года заочно. В начале лета она вышла замуж, а в конце узнала, что беременна. Мама настаивала, чтобы она взяла академ, но Ника воспротивилась, мол, она отвыкнет от учебы и уже не вернется.

Вообще, у Ники с Ромой своя квартира. Перешла Роме в наследство от бабушки. Но когда сестра обрадовала всех новостью о скором пополнении, было решено сделать ремонт. Во всей квартире. Даже на балконе! Поэтому Ника вернулась домой, заодно притащив с собой и Рому. Муж все-таки. Меня все это жуть как раздражает.

Нет, вы не подумайте, я люблю Нику. Она водила меня в школу, грела обед, помогала с уроками, брала гулять вместе со своими подружками. Я чувствовала себя невероятно крутой, когда тусовалась с девчонками постарше. И Рома мне нравится. Он, как и Ника, учится заочно, а еще работает охранником в кинотеатре. Благодаря ему мы с Гусей и Дусей теперь бесплатно ходим в кино.

Но вот что мне не нравится, так это то, что меня выселили из нашей с Никой комнаты. А я только успела обрадоваться, что теперь вся она в моем распоряжении! Даже плакаты Ники заменила своими, и вот те на…

Втроем мы, понятное дело, жить не можем. Отправить Рому в гостиную тоже не вариант. Поэтому туда перебралась я. Сплю на диване, делаю домашку за журнальным столиком. Мама успокаивает, что это временные неудобства. И я терплю. Но вот когда по вечерам вся наша семья собирается во временно моей гостиной за разговорами и телевизором, мое терпение на исходе.

— Варежка! – повышает голос Ника.

— А? – Оборачиваюсь, окуная чайный пакетик в кружку с кипятком. Это прозвище – Варежка – прицепилось ко мне с самого рождения. Как рассказывает мама, Ника тогда путалась в словах. Называла берет билетом, каре – пюре, Регину – Рябиной. Маленькую меня – Варюшку – она гордо именовала Варежкой.

— Ты о чем там задумалась? Я говорю: мама просила проследить, чтобы ты суп поела, а не сухомятничала.

Скривившись, кошусь на холодильник, за дверцей которого скрывается кастрюля с отравой. Иначе я не могу назвать суп с перловкой. Похоже на похлебку с муравьиными яйцами – видела такую на рынке в Таиланде. Папа тогда столько уличной еды перепробовал, что загремел в больницу не то с отравлением, не то с аллергией на тараканов.

— Я не голодная, – вру Нике.

— Пирог-то будешь?