Книга Зимняя пекарня «Варежка с корицей», страница 67 – Анна Кейв

Я начинаю нетерпеливо переминаться с ноги на ногу. Да кому вообще сдались эти позирующие стаканы?..

Наконец он выходит, весело улыбаясь. Еще бы, он не мерз на остановке!

— Латте с корицей и имбирным пряником. – Протягивает он мне стаканчик. – Ты ведь любишь сладкое?

— С-спасибо. – Стуча зубами, выхватываю латте и делаю глоток. Оно теплом разливается по озябшему нутру, а жар от стаканчика распространяется по пальцам, будто кто-то берет их в свои ладони, чтобы согреть.

— Пойдем в сквер? – предлагает он. – Там деревья в гирляндах, должно быть красиво.

Я послушно иду рядом, немного дрожа от ветра. Иногда ловлю на себе его взгляд – задумчивый и почему-то удивленный.

Когда мы доходим до сквера, я невольно морщусь – еще слишком светло, и гирлянды не зажглись. Вокруг только голые деревья, серый, как промокшая вата, снег и такое же мрачное, тягучее небо. Все какое-то однотонное, унылое. Как мое настроение. Пессимистичная палитра в оттенках хмурости.

Свят что-то размеренно рассказывает – про стратегическое мышление, эмоциональный интеллект, вступительные экзамены, мировые тренды… Я сначала стараюсь слушать, но постепенно теряю нить, и взгляд сам собой уходит в сторону. По дорожке идет мужчина с собакой. Стая нахохлившихся голубей делит кусок булки. Я в этом сквере, но мысленно совсем не здесь.

Вот если бы рядом был Леша… Мы бы уже кидались снегом, визжали от неожиданного попадания за шиворот и распугивали своим громким смехом воробьев.

Как я раньше не замечала, насколько Свят нудный? Сколько нужно силы воли, чтобы делать вид, будто тебе все это правда интересно? Нет, Бережной, конечно, парень разносторонний, но, по ощущениям, его внутренний тумблер колеблется только между «скучно» и «невыносимо скучно».

Может, он пытается произвести на меня впечатление, а я зря придираюсь? Но сути дела это не меняет. Я замерзла и хочу домой.

Невпопад киваю ему, будто понимаю, о чем речь. На деле – смотрю, как на дальнюю лавочку садится парочка: она в зеленой шапке с помпоном, он в шарфе в крупную клетку. Они явно не вникают в глобальные тренды, просто держатся за руки и о чем-то смеются.

— Ты как думаешь, Варя? – вдруг спрашивает Свят, и я вздрагиваю. Он все это время внимательно смотрел на меня.

— А… – тяну, пытаясь наугад вспомнить хоть кусочек его лекции. – Думаю, у тебя очень логичный подход.

Он кивает, удовлетворенный, а я втайне горжусь своей дипломатией. Может, и не эмоциональный интеллект, зато интуиция работает.

— Слушай, – говорю, надеясь немного сменить тему, – а у тебя бывало когда-нибудь, что… ну, ты идешь с кем-то рядом, и вроде все хорошо, а внутри – пусто?

Бережной замолкает. Мы останавливаемся под елью, на которой я насчитываю сразу три кормушки.

— Варь, ты… вроде как изменилась, – вдруг говорит он, внимательно всматриваясь в меня. Между бровями залегает морщинка.

— Разве?

— Да. Знаешь, как будто ты ушла, а рядом со мной твой клон.

Я хмыкаю. Как ни странно, я понимаю, о чем он. Кажется, я действительно ушла. И даже знаю куда. Ну, или к кому.

— Прости, – шумно выдыхаю. – Я только-только осознала, чего на самом деле хочу. Зря я позвала тебя гулять.

Он искренне улыбается.

— Не зря. Зато ты поняла, чего хочешь. Ради этого стоило выбраться на прогулку. Даже в такую погоду.