Книга Хроники Мэррилэнда, страница 84 – Марианна Красовская

Конечно, Гейна переоценила свои силы. Надолго ее не хватило. Они еще и готовили, и разговаривали: у Торина было множество историй в запасе. Никогда он так много не говорил. Ни с кем не был столь близок. Никому не открывал душу. Только ей, этой упрямой и нежной принцессе.

— О чем ты мечтаешь? — спрашивала она. — Если за мной придут, ты вернешься?

— Да. Раньше мне было тут хорошо, но теперь я вспомнил, что есть другая жизнь. Я бы поехал домой. Сходил на могилы родителей. Поглядел на нового князя. Думаю, у него найдется для меня работа.

— А Мэррилэнд? ты мог бы остаться там… со мной.

— Нет, принцесса, это неправильно. Кто ты, а кто я. Мы с тобой не пара.

— А если я забеременнею? Что тогда?

Он замолчал, мрачно глядя в слепое от снега окно.

— Не знаю, — ответил тихо. — Заберу ребенка и уеду домой.

— А если я не отдам?

— Тогда останусь рядом. Буду вас охранять как верный пес.

— Неужели я совсем тебе не нужна? — в отчаянии вскрикнула Гейна.

— Ты мне очень дорога, принцесса. Именно поэтому я не хочу тебе мешать.

Метель закончилась внезапно. В один из дней они проснулись и удивились тишине. Словно оба разом оглохли. А когда выглянули наружу, еще и ослепли. Белый снег, белое солнце, синее небо.

— А теперь будет весна, — предсказал Торин и не ошибся.

Солнце было жарким. Оно быстро растопило сугробы. С каждым днем снега становилось все меньше, а проталин все больше.

Гейне до смерти надоели стены их домика, она рвалась к озеру. Торин тоже полюбил сидеть на берегу — ради нее. В прошлые года он охотился, чинил одежду, запасал дрова, рыбачил, выделывал шкуры. Не бездельничал никогда. А теперь вдруг позволил себе расслабиться. Догадывался, что время их счастья на исходе и торопился жить. Словно в его раю закончилось бессмертие и неизменность. Теперь все было по-другому. Они больше не разговаривали о будущем. Только о настоящем.

Гейна училась плавать и драться. Торин учился озвучивать вслух свои мысли и желания. Обоим было трудно, но они старались.

А еще они учились любить, и это тоже было трудно. Гейна не слишком умела доверять, а Торин зачастую забывал о себе, но именно в постели у них все было складно, а значит, и в жизни они сумеют найти гармонию.

А потом появились другие люди. Ренгар и Линт.

Белокурую фею Торин не видел ни разу, а Ренгара помнил еще ребенком. Для него это были чужаки. Для Гейны же — родня, по которой томилось ее сердце. Рай, конечно, это хорошо, но теперь ей хотелось настоящей жизни. Она научилась ее любить и ценить.

— Отлично выглядишь, — сообщил Ренгар загоревшей и посвежевшей Гейне. — Такое ощущение, что ты тут не пару недель провела, а несколько месяцев.

— Пару недель? — удивилась девушка.

— Ну да. Мы целых две недели тебя искали. Но Линт умница, она нашла в дневниках Роланда упоминание о его мирах.

— Каких-таких мирах? — вмешался Торин.

— Роланд был очень сильным магом. Этот мир он создал для себя, чтобы уходить в него, когда захочется отдыха. Говорят, именно тут он жил со своей любовницей, матерью Роджера.

— Это многое объясняет, — задумчиво кивнул Торин. — И время, кстати, здесь течет по-другому. Гейна появилась не меньше трех лун назад. Я не считал, конечно, но примерно так.

— И вы… жили вдвоем? — настороженно спросил Ренгар, хмуря густые брови.