Онлайн книга «Исмея. Все могут короли»
|
— Влю…биться?.. — повторила эхом Ис. Мир, кажется, честно удивился. -А тибье ето кажецца ньевозможним? Ти умная, красьивая, страстная. У королья Аяна, и дучье Фальке ньет шансов. Ти покорьишь их всьех. И они сдьелают, что скажьешь. Не пережьвай. — А… ты? — А что я? — Сделаешь, что я скажу? — А ти как думаешь? Ис напряженно рассмеялась. И правда… о чем она это?.. — «Ньет», — перекривляла она. Но осторожно поинтересовалась — не удержалась: — А… почему ты опасаешься? Ну… что в этом… такого? Видящий… что она несет?! «Что в этом такого»?!. Да все в этом такое! Он считает ее красивой… — Ти же императрьица. А я… — он сделал жест вдоль собственного костюма, — ето я. И заставил таки войти в рубку. Будто это настолько неразрешимо… Она даже подумала, не предложить ли ему титул. В сенате Мерчевиля например — она бы выбила Миру местечко… А там и канцлера… Он бы справился… Ох — он бы более, чем справился! А канцлер — это даже лучше, чем дуче. И Мерчевиль бы был ее, скрепленный узами брака… Ах! К счастью, увиденное заставило ее прикусить язык. Ниже штурвала — на самом носу дирижабля, застекленным так, что обычно там были видны облака и скалы и снег, теперь… в арке мерцала сотня свеч, создавая невероятный уют и тепло. Будто самого Мира было мало. Она доверяет. Беспричинно и глупо. Но… уже и это — слишком много. Маленький столик с привычной похлебкой — ничего сверхъестественного: все то же самое, чем она питалась все это время… Кроме вида. За окнами… далеко внизу светился город. И в отблесках луны… мерцало море. Лунная дорожка бежала в горизонт. Невольно вспомнились слова Фальке: «Вы бывали на море?». Что ж… это и вправду до безумия красиво… А над горизонтом вокруг почти полной луны рассыпался бисер звезд. Чернота ночи казалась от того волшебной. И где не спасали звезды, на помощь приходила голубоватая луна. Ис и не заметила, что размазалась носом о стекло, прикрывая ладонями отблески свечей. Как… восторженная девчонка. И ей не было стыдно за это. Так вот он какой — Мирахан… Город по ту сторону гор. Уже и не удивительно. Так привыкла к этой мысли за неделю. И так привыкла к Миру… А завтра все закончится… как жаль. Она снова станет императрицей, а он… собой. Ученым. И они больше не будут на «ты», и бросаться подушками, и ложками, и никто не станет целовать ее в лоб в пожелание «доброй ночи» несмотря на то, что закрывает на ключ… И готовить для нее странные зеленые гренки с яйцами диких гусей… Так и должно быть. Но… как же горько на сердце! Даже вспомнился мальбек… И волшебство момента куда-то ушло. Он не для нее. Такой момент. Такая жизнь. Никогда не были для нее. — Хочьешь… — прервал ее размышления голос Мира, — по бокалу вьина? Ис оглянулась. Он выглядел очень, очень серьезным, пусть и держал в руке бутылку, лениво переливающуюся темн-малиновым «багрянцем» на свету свечей. За все их непродолжительное знакомство… пожалуй, Ис и не видела его таким. Хотя и прежде брови сводил не раз. — Да! — ответила, прежде чем даже подумать успела. — Но сначьяла суп. И этот жест… словно он тут король, а не она — императрица. Что оставалось? Как не придежить полу платья и не присесть на подушки, которыми был устлан оказавшийся столь уютным альков? Хотя и прозвучало это… как приказ ребенку? Кажется, он это уловил, потому что вынужденно рассмеялся: |