Книга Исмея. Все могут короли, страница 210 – Кейт Андерсенн

Ис облизнула пересохшие губы.

— Я надеялся браком с наследницей рода Бассов стереть эту ошибку прошлого. Но не просчитал вмешательства… мятежного племянника. Который развалил собственное королевство, а теперь, видимо, решил приняться за наше.

Мир за ее спиной тихо хмыкнул.

— Какая прьелесть, дьядюшка.

В обступившей их разношерстной толпе шумели голоса.

— Но он появился в последнем луче года! Это был знак!

— Он мог все просчитать.

— Императрица сама приехала.

— Я слышал — как раз чтобы выйти замуж за короля…

— В конце концов — мы здесь ради спокойствия…

— Она и правда ведет себя как сумасбродная девчонка… Призывает к анархии…

— Зачем нам такая императрица? Уж лучше выйти из Империи…

— Мы не можем допустить чужаков в Тополе…

— Так не может продолжаться!

Друиды приблизились его баллону с квиксилом и болтающемуся над пропастью шаром.

Мир привлек дрожащую крупной дрожью Ис к себе.

— Как они не понимают, Мир… — прошептала, едва не плача. — Люди не могут ничего не чувствовать. А если запрещают себе это, как я… — и слезы все же потекли по ее лицу обильным ручьем.

— Ти тожье нье поньимала, Исми, — он вытер ее лицо ладонями. — Тибье очьень плохо?

— Не знаю… Трясет, в глазах темнеет… — она сглотнула, и это было так противно. — Я больше не могу…

— Ето всье отрава. Вот жье говорью — глюпая жьенщина… Ти не можьешь заставльять не чьювствовать, но и чьювствовать — тоже. Глюпая, глюпая…

Мир обнял ее, прислонив к своему плечу. И она положила на него голову. Наконец. Будто вечность прошла. Закрыла глаза.

Аян молчал. Тополь молчал. Тогда Мир вздохнул, поглаживая ее по спине, проворчал тихонько:

— Такьи сдьелала совьетником. Говорьил вьедь — я не собачьенка.

А громко объявил, прежде, чем она разулыбалась сквозь слезы:

— Ви прави — так не можьет продолжатца. И, похожье, хотья я здьесь всьего чтоби станцьевать с импьератрицей, само ньебо прошлього года и приньесло минья сьюда. Обсудим?

— Он развалил свое королевство!

— Мы еще не знаем, каковы новые порядки. Возможно, он будет лучше Даризана...

— А ты почем знаешь? Его дело тут вообще какое?

— Послушаем — мы ничего не теряем.

— Дьядя, гдье у вас тут комната засьеданий? — задрал Мир голову. — Я, знайете, посльеднее врьемя из ньих не вилезаю, видать, и сьегодня не судьба. Йесльи я не ошибаюс — скоро прибудут следуйущие участники переговоров.

Над горами зажигались звезды, но две из них — вспыхивали и гасли, и блестели и… двигались.

— Лира и Фальке? — прошептала Ис, замирая в его объятиях.

Он кивнул.

— Переговоры — дело хорошее, — сказал кто-то высокий в одежде мерчевильца.

Король Аян переминулся с ноги на голову и дал знак подготовить комнату.

— Но сначаьяла хачью четко обозначьить свою позьицию, — сказал Мир, втягивая Ис на лестницу, на несколько ступенек вверх. — Какое такое "маё дьело" и прочье, — и шепнул ей в упавшей на бальный зал под небом тишине: — А вот типьерь я тибья поцелую, глюпая женщьина, и дажье не питайся возражьять.

И… просто сделал это.

Ночь с двадцатого на двадцать первое балатана. Дворец Затерянной столицы.

На сей раз Исмея не сердилась. Честно говоря, ей, наверное, сегодня впервые было все равно, что скажут другие. Монарх она или нет? Ей лучше знать, что делать.