Книга Исмея. Все могут короли, страница 4 – Кейт Андерсенн

— Белый танец! — с готовностью взмахнул палочкой дирижера менестрель, незаметно соскальзывая с одной мелодии на другую — плавную и нежную. Любимый в Вестланде крейц. — Дамы приглашают кавалеров!

По залу понеслись шепотки, состоящие из ахов, вздохов, охов и ропота. Последний — явно со стороны старшей фрейлины Тии. При случае влетит и от нее. Все постоянно думают, что имеют право указывать ей, как жить! Без разрушения привычных основ не было бы и империи. Нет ничего зазорного в том, чтобы дама вышла с инициативой, тем более, если она — императрица.

Исмея, твердо чеканя каблучками шаг, с гордо поднятой головой пересекла пустой зал под все еще тихие ноты скрипки и первой протянула руку выбранному ею кавалеру, мрачно подпиравшему стену: дуче Фальке. Мерчевильский монарх, неожиданно превратившись в объект всеобщего внимания и имперской благосклонности, раздулся как павлин и совершенно растаял. Быть приглашенным императрицей — это не то же самое, что пригласить ЕЕ и получить согласие.

Оборванцам-пиратам такое и не снилось. В черную бороду Блэквинга полетел острый как наконечник арбалетной стрелы мимолетный, но меткий победный взгляд мерчевильца. Который затем с совершенной теплотой и обволакивающим обаянием переключился на партнершу. Вестландский крейц дуче танцевать умел: стоит отдать ему должное — в шагах не путался. Исмея упруго откинулась на его твердую ладонь и позволила повести себя вокруг зала.

Дочка Урсурса пригласила Барти; эрлита стеснялась до пунцового румянца, но ее смелость заслуживала восхищения. Следом в зал начали выскальзывать новые пары с отчаянно смущенными, однако весьма довольными дамами. Вот и хорошо.

Триумф в глазах дуче не ускользнул от внимания Ис, однако годы при дворе и троне идеально вымуштровали мимику девушки из славного рода Бассов. Подобно Блэквингу, она только что утерла нос и вечно читающему нотации отцу, и мерчевильцам-задавакам, и всем консерваторам из совета, завоевала сердца непостоянных дам… На лице ее кротко расцвело искреннейшее расстройство, когда она изрекла покаянно:

— Ваше величество, мне так жаль, что я не могла танцевать с вами пикканту, но — увы — отказывать его превосходительству побоялась. Зная ваше великодушное сердце, я смею надеяться, вы не в обиде на слабую девушку?

Сирена побери эту политику.

— Ах, ваше имперское величество, — курчавый дуче рассыпался в тихий искристый смех, — ну как вам такое могло прийти в голову? Разве на вас можно обижаться? Да любой присутствующий здесь член сената будет завидовать мне — несчастному дуче из рода Сарасети, а уж что говорить о тех, что были вынуждены остаться в Золотом доме! Ни один уважающий себя эрл Мерчевиля не позволит себе пропустить новый сезон в вашей Опере. Видели бы, как на заседаниях сената порой едва не доходит до драк, когда они решают, кто поедет на сей раз! Золотой Дом просто мечтает поселиться в Стольном городе империи. . А теперь еще и праздник Середины Года — вы ведь нас с ума сведете, ваше имперское величество. Не только вашим умом и красотой, но и блеском вашего города и дворца. Первый бал для всей империи! Быть на нем — уже великая честь, а уж танцевать с вами, будучи лично приглашенным…

«Болтуны и позеры». Не зря Тильда с сарказмом ссылается на это прозвище в своем увесистом трактате «О жизни в эпоху Сарасети». С дуче Исмее общаться приходилось только раз, при подписании договора. Пешка сената и канцлера, но без его подписи ни одно решение не имеет силы. Вестланд с точностью до наоборот.