Книга Исмея. Все могут короли, страница 61 – Кейт Андерсенн

Фарр мягко прервал ее сумбурный монолог:

— Ты снова употребляешь слишком много неизвестных слов, заря. Понял я одно — едва встала на ноги, и уже работаешь?

Аврора засмеялась, хлюпая носом. Ни чуточки не изменился. И как она, вообще, могла жить без Фарра три десятка лет?!.

И какая из этих жизней — приснилась?..

— Так ведь я только и делала, что отдыхала!

— В империи?!

— Ну да… Это был отпуск. А еще больничный потом. Кхе! Но вообще я очень редко кашляю, правда.

— Заря! Потому ты и сгораешь! Отдыхала она в империи! Вот доберусь до тебя…

— Ой, кто бы говорил, — показала Ро язык в камеру. — Это ты на переломах во дворец скачешь и с мышечной дистрофией лезешь на лед на краю земли. Ты так и не ответил, а я задала вопрос — как ты?

Фаррел насупился и заявил совсем не по теме:

— В твоем мире, между прочим, говорят на друидском.

— Ха, не везде. Ты просто в Провансе.

— Это страна друидов?

— Нет… Французов. Они совсем на друидов непохожи, это сто процентов, — Ро даже хрюкнула, представив себе Таурона в роли француза или наоборот.

— А ты где?

— В Силезии.

— Как далеко это от… Прованса?

— Ну… самолетом два часа.

— Понятно. Жди меня… — Фарр глянул, судя по пятну света, в окно, — к закату.

Аврора засмеялась в очередной раз.

— Ничего тебе не понятно. Самолет — это не подземный лабиринт, ты полностью зависишь от расписания рейсов, разве что ты миллионер и арендуешь частный… — она спохватилась: снова ее понесло. Сдвинула брови назидательно: — И тебе еще лежать и лежать. Ты едва начал вставать!

— Вот именно. Квилла уже запомнила, что меня в кровати держать — гиблое дело. Теперь очередь этого целителя — мсье Лаусс его зовут — пусть уяснит, что… — Фарр неловко дернулся, и телефон снова упал в небытие.

Аврора терпеливо дождалась, пока его сконфуженное лицо не появилось перед экраном снова. Осел ослом. Ее прекрасный седой осел.

— Тебе больше не надо спасать империю. Вообще спасать никого не надо. Отдыхай, пожалуйста, и лечись как следует.

Фарр свирепо сузил глаза:

— Тебя спасать надо. Тебя же увезли насильно. Хотя бы позволяют выходить на улицу… — он пригляделся к экрану, и стало видно, какие у него под глазами мешки.

Спаситель…

— Ты не понимаешь, это не насильно.

— Так ты хотела уехать?.. — голос Фарра опасно посуровел.

— Я… Нет! Ну… как тебе объяснить… такие правила. Просто я не отсюда, и для меня есть жесткие ограничения…

— Так это не твой мир?

Ро всплеснула руками.

— Мой, конечно! Но есть разные страны… Сам поучишь потом. Сейчас не буду тебя грузить.

— Расскажешь мне вечером.

Опять двадцать пять!

— Не буду ничего рассказывать. Лежи и лечись! Мышечную дистрофию лечить дорого, тебе повезло, что Звездочет нашел какого-то энтузиаста, вот этого самого Лаусса… Другие выбросили бы на улицу. И что Тильдин дядя вообще тебе помогает, тоже чудо — ты ведь его на площадь Роз бы отправил. Без заступничества Костика бы ничего не вышло.

— Тоже мне, заступник… Выпью зелья и все пройдет.

— Здесь тебе не Объединенные Королевства! И зелий у нас нет. Выгоришь, и останется написать на твоей могиле: «он дошел» и рыдать. Так что не смей!

Ро погрозила кулаком в камеру.

— К тому же, с документами в нашем мире все серьезно, это не на корабль сел и поплыл. Как я — видишь? Меня теперь постоянно проверяют, никуда ли я не сбежала, просто потому, что я была в чужой стране дольше положенного, — добавила торопливо: — но это не тюрьма, не переживай, и спасать меня не надо. Без паспорта, который у Эйдана, тебе тоже никуда нельзя, а то будет плохо, — Ро правда боялась, что он сейчас встанет и пойдет пешком. Через Альпы. Ведь Фарр может! И она взмолилась: — Ты же любишь правила! У нас совсем другие порядки, и мы можем к ним приспособиться. Успеем увидеться, как только доктор разрешит. Или меня пустят в Шенген. А пока — вот, есть видеосвязь.