Онлайн книга «Исмея. Все могут короли»
|
— Ну, давьели дифчьонку… — услышала она над собой невнятное бормотание, и к пылающему лбу прикоснулось что-то благословенно холодное и… мокрое! За шиворот мигом скользнул самый настоящий лед, и Ис взвизгнула, взмывая из лежачего положения. Но едва мелькнул свет, как с резким движением перед глазами потемнело, заплясали мушки. — …она сама, атаман! — услышала лишь виноватое и хриплое, смутно знакомое. — Ну, ну… — первый бормочущий голос говорил с таким сильным акцентом, какого Исмее слышать прежде и не приходилось. — Бальит? К затылку прикоснулась холодная рука, и Ис вскрикнула от боли. — Ну вотъ, Бьрай — она раньена, а ти — мишок на гольаву! — пожурил иностранец. Ис приоткрыла один глаз. И увидела среди мушек только белую пелену. Моргнула и открыла второй. То же самое. Это… она тоже ослепла, как Тильда? Почему-то вспомнилось, что Тиль до сих пор избегает яркого солнца и летом весь день просиживает в башне… — Кто ж знал! Свалилась мне на голову прямо с неба, пока я в засаде… — Ти потьеряль друида — а ето кюда хужье! — обладатель акцента невероятно коверкал слова и, хотя говорил сердито и грозно, но таким его вообразить себе было невероятно. — Бальит, — перекривляла она вопрос парня с акцентом; губы отозвались болью. Но хоть говорить было можно. — Где друид? И снова попыталась сесть, на сей раз — медленно. Пелена невероятным чудом упала с глаз, на поверку оказавшись всего лишь компрессом. Ис поморщилась, прикладывая руку к затылку, яркий свет, отразившийся от снега, хлынул в глаза немилосердно. Но она по-прежнему видела. — Нье так бистро, красавьица, — попытался обнять ее иностранец. Но Ис отстранилась. Проморгалась и холодно уточнила: — Так где друид? Прямо перед ее лицом сидел смуглый, очень смуглый мужчина с… изумрудным взглядом, пронзающим будто клинком до самых почек. Смуглее гудруитян, да и глаз таких ни у кого нет. Одет в нечто свободное и удобное, как балахоны друидов, роскошное и яркое, как мода Мерчевиля, дерзкое и свободное, будто буканбуржец. А вел себя… учтиво и сдержанно, как вестландец. И непохож ни на кого из всех. Незнакомец широко улыбался белоснежным оскалом, будто они тут на балу во дворце, а не… — И где я? — уточнила императрица, прежде чем осмотреться. Потому что пусть не придуриваются, а докладывают. Нечего… Но кроме троих оборванных и обветренных мужчин, от которых несло костром и недожаренным мясом, кроме снежного леса, кроме шкур и костра, кроме… низкой повозки на… вместо колес — что-то ползущее… полозья какие-то. А вместо коней — это волки?.. Высунув язык смотрят на нее? Ис поежилась, незаметно размяла все еще ноющие запястья… — Тяк тебья интьересует гьде ти или гьде друид? — насмешливо поинтересовался незнакомец. — Пусть лучше расскажет, кто она такая и сколько их там вообще — в нашей пещере?! — перебили пришельца оборвыши от костра. — И откуда они, вообще, взялись? Тоже лавиной занесло? — Не было лавин в этом году! Исмея смерила разбойников презрительным взглядом: ну, не смогла иначе… Даже пусть они бедны, но снега хотя бы умыться вокруг — завались! А они, наверное, с лета вялятся в собственном соку… Незнакомец морщился подобным образом. И сделал своим людям небрежный жест рукой. В духе «заткнуться»: — Пьусть дьевушька сама ськажет. |