Книга Тильда. Маяк на краю света, страница 101 – Кейт Андерсенн

— О, это давняя история… И не очень веселая. И — увы — на перемену ее конца нет шансов, как у твоей.

— Вот знаешь, Чак, когда ты говоришь вот так — ты будто правда мужчина.

— А я не «правда мужчина»?

Было странно вот так говорить в темноте, разглядывая только легкую, будто звездную пыль в воздухе в узкой полоске лунного света. И шкуры, и угадывающиеся очертания наших ног под ними. Алиса уснула, наверное, и больше не искрила. Мотыльки тоже не нарушали ночного покоя, если это так можно назвать. Легкий ветерок трепал полу шатра, и свет порой показывал призрачно белую руку Чака, которая по-прежнему покоилась на моем плече.

— В большинстве своем ты ведешь себя как капризный испорченный мальчишка.

Чак негромко хохотнул. Снова мне в макушку. Так лежать на нем было уютно и тепло. В конце концов… могу себе позволить. Тем более, что народ Гудру требует от жениха и невесты «спать вместе» перед свадьбой. Требования идеально удовлетворены.

— Шарк тоже так говорит.

— Почему?

— Почему так говорит?

— Нет, почему так себя ведешь?

Чак не ответил. Было слышно, как где-то совсем рядом по-лягушачьи трещит ночной козодой.

Я переспросила в тишине:

— Чак?..

— Тиль, это уже… слишком. Лично.

Я вывернулась, вытащила ларипетру из корсета и посветила ему в лицо. Кастеллет отпрянул от неожиданности — кристалл вдруг загорелся особенно ярко.

— И это благодарность за утешение! Тиль! Ты от братца научилась фокусам допроса⁈

Мы расхохотались, какое-то время боролись — я пыталась засветить ему в глаз, а он — уклониться и одновременно вырвать кристалл.

Но… снаружи раздался хруст ветки и кашель. И никаких козодоев. Мы прервали нашу возню, я как обычно — замерла. Так вышло, что под Кастеллетом. Весьма… гм… неудобно. Он отодвинулся, я села, и мои стремительно краснеющие щеки больше не защищала маска. Начала шарить по шкурам в ее поисках. Раздался голос Ро, но от сердца не отлегло, будто мы занимались чем-то противозаконным.

— Ой, я услышала, что вы не спите… Тиль, принесла тебе знаешь-что. Я не трогала, это ведь твое.

В щель просунулась ее рука с маминым кладом. Едва я несмело перехватила, как Аврора отпустила и исчезла. Коробка вывалилась в шкуры нам на ноги. Я поспешно высунулась из шатра и приглушенно позвала:

— Ро!

Ее быстро удаляющаяся фигура остановилась и обернулась. Прозвучала виновато:

— Простите, что помешала… Но я не думала… И — рада за вас, Тиль.

Послала воздушный поцелуй и побежала обратно к себе, хихикая. Мда. Я так и осталась сидеть с головой снаружи, ногами — внутри.

Это как бы я за них рада, а я — что… А мы — что…

— Слушай, а ведь это идея… Давай так и сделаем, Тиль?

Я влезла обратно, тряся головой и сгоняя наваждение.

— Что?

Огладила коробочку. Подсветила потерянной в играх ларипетрой.

— Притворимся, что влюблены. Идеальное ведь решение — и как я не догадался!

Он серьезно⁈ Я подняла полный ярости взгляд.

— А ей и притворяться не надо! — имел несчастье влететь в шатер один мотылек.

— Убью, — процедила я не то ему, не то Кастеллету.

Перевела взгляд с пораженного человека на заметавшегося под потолком пышку-мотыля. Сузила глаза:

— Пришпилю в блокнот и буду изучать. Давно хотела. Хоть одного.

— Так я… это… — залепетал бедняга, бочком двигаясь к спасительной лунной полоске света. — Не помещусь… блокнот у тебя слишком маленький…