Книга Тильда. Маяк на краю света, страница 54 – Кейт Андерсенн

— Откуда оно?

Значит, обаятельный мужчина доктор все же успел написать Ниргаве… Молодец. Я не ответила, и Ро начала читать.

— «Дорогая Тиль, — сбивчивой скороговоркой полился ее голос, — узор друидов означает…» Постой, постой, что еще за узор друидов?

— Тот, что на защитной дощечке.

— Ага. Да будет так. «…что дерево согласно отдать себя на потребности человечества. Без соответствующего узора предмет не будет долговечен». Так это вроде знака качества?.. А я слышала, что защитки «разряжаются». И что это за подпись такая «Ниргаве»?..

— Это женщина из Альпурхи, у которой я ночевала. Она тоже наполовину друид… Разряжаются, полагаю, когда дерево влажнеет, что неизбежно случается от туманов, дождей и штормов. Голубинка, лети охотиться.

Незачем, чтоб народ знал, что мой белый кречет выжил. Еще решат предать казни за то, что напала на Шарка. Вот горе! Он теперь мне… деверь?..

Каша в голове. Как я ненавижу такое состояние. Надо присесть, расписать все данные, вывести схему, привести к общему знаменателю факты… А я снова слепа.

— Постой. Ну, вот на корпусе корабля, например, такого узора наверняка нет. Буканбуржцы сто процентов не строят суда по принципу Черного Тополя. И ведь не первый год плавает.

Я хотела почесать затылок, но уткнулась в повязку. А чешется под ней, сил нет! Мама рисовала узор на бумаге, Ниргаве — на деревянном косяке, защитки работают с узором. «Дерево согласно».

— Возможно, не совсем знак качества. А как… знак, что все добровольно. Ну… что так правильно. Знак для природы, для… встречного дерева. Не знаю. Дань уважения.

— Вроде «экологический продукт»?.. Возможно… Но зачем ты спрашивала об этом?

— Хотела знать насчет защиток. Ро… можешь мне дать свой браслет?

— Зачем он тебе?

— Надо проверить. Если и вправду ларипетра в сочетании с серебром и морской солью создает защитный купол, если это не случайность — то вот во что мы должны превратить деревянные защитки, понимаешь? Мы и так уже… потеряли многих.

— Обстановка ужас, согласна с тобой. Но как ты планируешь это проверять, Тиль?

— Ну… прыгну за борт.

— Снова за борт! Это все стресс, Тиль, это все стресс. Пойдем, я уложу тебя в кроватку, ты уснешь, и завтра…

— Ты забываешь, что я уже проспала неделю.

— Двое с половиной суток.

— Но раны совершенно зажили!

— Да, очень быстро. Доктор Риньи тоже был удивлен. Но прошли только двое с половиной суток.

— Дай светилку.

— Ты даже борт не найдешь! Вот что… давай повременим, ладно? Меня беспокоят твои глаза.

— А меня беспокоит то, что я выхожу замуж.

— Ты… зачем ты согласилась? Разве ты любишь Чака?

Я поджала губы.

— Любит, любит, любит! — весело сдали меня «подельники».

Я отмахнулась.

— Это… не важно. Потому что он не любит меня. Поможешь написать брачный контракт? Проверишь, чтоб он не обманул?

Я оказалась в объятиях подруги.

— Откажись, пока можно. Фарр любит меня, и все равно это сложно, я и видеть его сейчас не хочу! Надо было так сдурить! И неизвестно, вообще, как он с капитанством справится… А Чак… он любит только себя, как тебе будет…

— Ро. Я. Обещала.

— Обещания, данные мошеннику и вору…

— Любые обещания, которые дает Тильда Эйдан, должны быть выполнены, и это личное дело чести Тильды Эйдан.

Теперь — не Эйдан… Теперь — Жан-Пьери… Или… Сваль?.. Я выхожу замуж за потомка… Видящего.