Книга Лавка «Любовные снадобья», страница 89 – Татьяна Ма

Скучающая Лиза налила себе душистого чайку и, усевшись за прилавок, начала лениво листать страницы увесистого томика, найденного в кабинете. О чем в книге говорилось, Лиза не понимала, мысли ее унеслись куда-то прочь, и она, не заметив, начала клевать носом.

— Лизонька, сидишь? – крикнула ввалившаяся в лавку Бьюти.

Лиза вздрогнула, сбила рукой чашку с остатками чая, опрокинула ее. По прилавку тут же разлилась лужица.

— Уснула, что ли?

— Ага, – зевнула Лиза. – Кажется…

Она вытащила из-под прилавка тряпку и протерла насухо стол.

— Ни одного клиента, – пожаловалась Лиза.

— И не будет.

— Почему это? – нахмурилась Лиза.

— Мэр Симплтон объявил налоговую амнистиню!

— Чего?

— Того! С самого утра у ратушни выкрикивают, что все, кто должен в бюджетню, прощены, а кто не должен – помилованы! В честь этого мымриня распорядилась прямо на площади бесплатно разливать пунш и одаривать людей бутылочками шоколадин. Даже вино раздают бесплатно.

Лиза слушала и ахала. Ахала и хмурилась.

— Это она специально устроила! – поняла Лиза.

— Именно, чтобы к тебе никто не пришел. Я как узнала – сразу к тебе принеслась. Что делать-то будем?

Бьюти так раскраснелась, что пошла багровыми пятнами. Пышная грудь от быстрого бега да от возмущения ходила ходуном.

— Чайку тебе налью, – сказала Лиза.

— Какого чайку? Надо что-то же делать!

— Ничего мы не будем делать, – возразила Лиза и ушла за чаем.

Она-то думала, что никто просто не знал об открытии лавки, а оказалось, что это мымриня ей подстроила. Ну мымриня! То город чуть не спалила, а теперь амнистиню учинила и народ напоила, лишь бы они к Лизе в давку не пошли!

Лиза вернулась в лавку, принеся две чашки чая и горку пирогов, купленных в пекарне. Бьюти сидела за круглым столиком, возле которого Лиза поставила два стула с плетеными спинками. Стулья эти были поломанные, колченогие, валялись посреди остальной рухляди, которой была забита лавка, а Лиза вот глянула на них, пальцами пощелкала и отремонтировала. Стали как новенькие. Так они с Корнелией их и оставили в лавке, чтобы клиенты могли посидеть, отдохнуть, поразмыслить, чего им надобно.

Клиентов сегодня не было, а потому Лиза с Бьюти принялись за чай да за пироги.

— Ведь это мымриня тебе назло делает, – нарушила тишину Бьюти, – а ты ей и противиться не хочешь? Дамми и тот сообразил, что это маменька его нарочно все придумала.

— А ты откуда знаешь?

— Так Дамми сам ко мне прибежал и рассказал, что мать его устроила. Я сразу к тебе!

Значит, Дамми понял, что мэриня Лизу во врагини записала, и Бьюти предупредил. Эти двое вон как быстро спелись. И приворот, кажись, не понадобится.

— Ну а чего мне мымрине противиться? – спросила Лиза. – Ну, не придет ко мне никто сегодня, так придут завтра.

— Завтра у всех голова лопаться будет, – надула губы Бьюти.

— Значит, послезавтра придут.

— А если мымриня еще что придумает?

— Не придумает, – уверенно тряхнула черными кудрями Лиза. – Смекалки не хватит.

— Добрая ты, Лиза, – восхищенно посмотрела на нее Бьюти, – а я бы ей что-нибудь в отместку сделала.

— Да ну ее, – махнула Лиза рукой. – Она однажды сама себя накажет.

Вдруг колокольчик на двери дзынькнул, и в лавку вошла мисс Маус.

— Здравствуйте, – робко поздоровалась мисс Маус.

— Привет! – вскочила Лиза. – Чего изволите? – засмеялась она.