Книга Увидимся в другой жизни, страница 46 – Катриона Силви

Доктор Лишкова держится за пустой бокал, как за якорную цепь. Она не плачет: ей не грустно, здесь что-то другое. Санти думал, что уже видел ее разгневанной, но этот нынешний гнев первобытный, раскаленный и весь обращен на нее саму.

— Как… как вы? – спрашивает он.

Вопрос жутко нелепый, и Санти думает, что она засмеется. Но она даже не улыбается.

— Джулс только что бросила меня, – говорит она, зажигая сигарету. – Вот так.

Санти мечтает уметь летать, телепортироваться – готов на любое чудо, которое избавит его от этого разговора.

— Я думала, что все контролирую, – продолжает доктор Лишкова. – Я думала, что могу просто сделать выбор – не отпускать ее.

Она стряхивает сигаретный пепел, Санти замечает тату на ее запястье: звезды, складывающиеся в смутно знакомый узор.

— Может, надо было поступить иначе, – продолжает она. – Может, когда я просила ее переехать со мной в Нидерланды, надо было сказать по-другому, и она согласилась бы. – Она затягивается. – Может, есть вселенная, где мне это удалось, и прямо сейчас мы вместе в нашей прекрасной квартире в Амстердаме, и я не выставляю себя последней идиоткой перед своим студентом.

Что-то всплывает в памяти Санти. Другой момент, другой спор. Локон синих волос на фоне ночного неба. Он моргает, и видение исчезает.

— Не думаю, что это так работает, – говорит он.

— Ну ты-то, конечно, знаешь, как это работает.

Она хочет отпить вина, но расстраивается, поняв, что бокал пустой. Она машет бокалом перед Санти:

— Эй! Твоя подруга за барной стойкой может налить еще?

Санти сжимает кулаки. Он отводит взгляд, смотрит на граффити на башне с часами. «И НЕБА МАЛО».

— Это я сделала, – признается доктор Лишкова.

Сначала он не понимает, о чем это она. Сделала что? Развалила свои отношения? Влила в себя столько вина, что хватило бы усыпить лошадь? Санти следит за ее взглядом на граффити.

— Надпись? – Он смотрит на нее. – Хотите сказать, что это вы написали?

Она кивает.

Невозможно, но так и есть. Доктор Лишкова, его сдержанная скептичная научница, – вот то духовное родство, которое он искал. Наконец-то Санти понимает их взаимное магнитное противостояние: одинаковые полюса отталкиваются друг от друга. Он громко смеется.

— Так это вы! – говорит он. – Вы тот второй человек, который помнит.

Ее откровенный пьяный взгляд ошеломляет.

— О чем ты?

Краем глаза он видит, как Джейми подзывает его из переулка. Но Санти не хочет уходить, не сейчас, когда он узнал про граффити.

— Звезды.

Он готовился к этому моменту всю свою жизнь. Сейчас слова вылетают слишком быстро, наталкиваясь друг на друга.

— Я… я помню созвездия, которых не существует. Целые небеса, которых никогда не было. Всякий раз, когда я смотрю наверх, я вижу там то, чего нет.

Доктор Лишкова касается пальцами запястья. Она молчит, а он говорит, заполняя пустоту:

— Я занялся астрономией, чтобы понять, что это значит. Вы занялись астрономией, чтобы доказать, что это невозможно. Но мы оба ищем ответ.

Она по-прежнему молчит. Сигарета – длинный пепельный хвост, похожий на умирающую звезду, – догорает в ее руке.

— Это правда… – Голос Санти прерывается. – Скажите, что вы помните. Не бросайте меня одного со всем этим.

Она шевелит губами. Санти преждевременно ликует.

— Вы несете чушь, – заявляет она.