Книга Увидимся в другой жизни, страница 61 – Катриона Силви

— Я не думаю, что это намеки на то, как все могло бы быть, – качает головой Лопес. – Мне кажется, это ключи, которые указывают нам на более грандиозную правду.

— А, конечно, – соглашается Тора иронично. – Как я могла забыть о картине в целом?

Лопес останавливается как вкопанный, лицо серьезное.

— Я убежден, что нам было суждено работать вместе, – заявляет он. – Оказаться здесь, в этом месте и в это время. Вещи, которые, как нам кажется, мы помним, по-моему, совсем не воспоминания. Я думаю, это часть послания. И нас подталкивали друг к другу еще до того, как мы встретились.

— Чье послание? Бога? – Тора мотает головой. – Прости, я в него не верю.

— Но тебе же наверняка нужны объяснения, – хмурится Лопес.

Так и есть. Но Тора не хочет втягиваться в теологические споры с напарником в разгар работы.

— Как говорит мой отец-философ, мир – чертовски странное место, – произносит Тора. – И мы с тобой еще не самые странные его явления.

Она внимательно осматривается. Перед ними две улочки, обе ведут на другую площадь.

— Куда пойдем? – спрашивает Лопес.

Тора смотрит на одну, на другую, пытаясь избавиться от непривычного беспокойства. Жаль, она не может расщепиться на две части и отправить по Торе на каждую улицу.

— Выбирай.

— Ты же помнишь, что ты главная? – хитро улыбается Лопес. – Я, конечно, не давлю, но на кону жизни невинных людей.

— Не слишком драматично?

Лопес смеется.

— Идем налево, – решает Тора и нутром чувствует, что сделала неправильный выбор.

— Налево так налево, – разочарованно вздыхает Лопес.

Тора не отвечает и идет по улочке с оружием в руке. А потом видит. Она резко замирает, вжимаясь спиной в стену.

— Волчонок, – произносит она мягко.

Лопес подходит сзади:

— Что?

Она указывает вперед. Лопес напрягается. Они видят силуэт мужчины, обхватившего голову руками. Лица не разглядеть, но он подходит под описание: такой же рост, бритая голова и майка футбольного клуба «Кёльн».

— Верно выбрала, – шепчет ей на ухо Лопес.

От запаха дыма в его волосах ей хочется курить. Она беззвучно смеется.

— Шансы были пятьдесят на пятьдесят.

— Похоже, нам повезло и мы в той вселенной, где ты сделала правильный выбор, – дразнит ее Лопес.

Он выдвигается, но медлит и касается рации:

— Может, стоит вызвать подкрепление?

— Это просто пьяный парень с ножом, – мотает головой Тора. – Подкрепление ни к чему.

Лопес улыбается, его зубы блестят в полумраке:

— Почему ты ведешь себя как будто бессмертная?

Он многое говорит как бы в шутку, но всегда подбирается к истине. Так и сейчас. Тора не хочет признавать, что это как-то связано с ним, с его присутствием. Когда он рядом, в глубине души она верит, что с ней ничего плохого не случится.

— Это же ты веришь, что все идет по плану? – парирует она. – Разве Бог позволит какому-то случайному маньяку зарезать нас?

Лопес кажется взволнованным. Тора случайно ввергла его в медитативную спираль.

— Эй, у нас нет на это времени, – вздыхает она. – Если он уйдет, потеряем его в толпе. Возвращайся и двигайся по параллельной улице…

Лопес прерывает Тору и заканчивает ее мысль:

— Перехватить его впереди.

Санти уходит.

Тора странно волнуется, глядя на спину Лопеса, на то, как его тень расплывается в темном переулке. Черт. Она сильно давит на виски. Вот совсем не время для «космической мигрени», как называет ее Лили. Боль наступает на Тору, выдавливает ее сквозь стену в темноту, наполненную шумом. Мир такой неустойчивый – всякий раз, когда она моргает, он то появляется, то исчезает; и всякий раз все ее версии вспоминают его не таким, какой он есть. Тора задерживает дыхание, чтобы мир остановился, но все становится только хуже: башни рассыпаются, а потом будто связываются обратно неумелым вязальщиком, прожженная дыра в центре напоминает геенну огненную. «Это не по-настоящему, – повторяет она себе, закрыв глаза. – Все это происходит в твоей голове. Иди вперед. Открой глаза».