Книга Академия Сна и Грез, страница 46 – Владарг Дельсат

— Надо тебя покормить, — сообщаю я ей, — еще одеть хоть во что-нибудь, и тогда в рубку пойдем.

Пока я заворачиваю ее в полотенце. Надо будет у голоса спросить, есть ли что-то, во что можно одеть малышку, потому что ее платье — это просто грязная тряпка с прорезью для головы. Искупавшись вместе с малышкой, я выхожу из санитарной комнаты. Форма Службы вызывает отвращение, но ничего другого у меня просто нет, поэтому надеваю ее.

Где находится столовая, я запомнила еще вчера, поэтому мы сейчас же идем на завтрак, чтобы потом подумать, что будем делать дальше. Корабль, насколько я понимаю, движется дальше, но много ли нам дадут времени, я не знаю. Мамочка ищет возможность меня спасти, она сама это сказала, но, по-моему, шансов просто нет, так что будем проживать час за часом, сколько нам отпущено.

— Отмечаю преследование, — сообщает мне бездушный голос. — Фиксирую передачу.

— Включи ее, — прошу я его.

— Корвет «Тхата» флагману, прошу сообщить цель старта! — слышу я выкрик.

— Голос, — обращаюсь я к нему, — передай: старт произведен по желанию Великой.

— Нижайше прошу соединить с Великой, — доносится до меня ответ настырной фелис.

— Передай: Великая изволит отдыхать в думах о процветании фелис, — прошу я.

Я мысленно благодарю «папу» за науку, ведь я бы не знала, что ответить этой фелис, а он рассказал мне, как правильно говорить и что именно отвечать. Передача замолкает, то есть ответа не следует, отчего у меня появляется надежда на то, что нам дадут уйти. Я понимаю всю призрачность надежды, но мне очень хочется жить. Правда, не любой ценой, потому что, если я попаду им в руки…

— Голос, а у тебя есть запись голосов пассажиров кают-компании? — припоминаю я еще одну инструкцию «папы».

— Записи имеются, происходящее подвергалось записи по приказу Первого командира, — торжественно сообщает мне голос.

— Запусти их в эфир, — прошу я.

Я понимаю, что Великая в обсуждении могла говорить не самые приятные вещи, и надеюсь, что это, как «папа» сказал, смутит преследователей. Тут включается трансляция, которую я слушаю краем уха, потому что кормлю какой-то очень воздушной кашей свое солнышко.

— Мясо мутантов жесткое, поэтому в пищу годятся только их щенки, — вычленяет мое ухо из речи, заставляя на мгновение замереть. — Нужно создать фермы по разведению мяса.

Это что, они хотели таких, как Талита, есть? Делать из них колбасу и котлеты? Из живых, разумных существ? Я шокированно замираю, но малышка, тихо хныкая, заставляет меня продолжать кормить ее. А в это время я слышу планы по организации именно таких ферм, рассказ о том, как правильно организовывать это и как держать мутантов в страхе. Затем, видимо, включается следующая запись. На ней Великая говорит о том, что семьи тех, кто служит непосредственно ей, нужно помещать в тюрьму, чтобы даже и не думали предать.

И вот такие откровения льются без остановки, появляются комментарии от Советниц, но слушать это все просто страшно. Затем Великая начинает говорить о том, что население нужно увеличить, объясняя, как ей это видится. Если бы я ее уже не убила, то стоило бы ее убить пару раз, потому что такие планы… Я не знаю, как отреагируют преследующие нас.

Проходит час, другой, у меня уже формируется надежда, но тут вдруг звучит громкий вибрирующий сигнал. Что это такое, я не знаю, но пока понимаю, что просто не перекричу его.