Книга Вирус Aeon. Нева, страница 203 – Татьяна Кравченко

Ливия, не отрывая удивленного взгляда от Джины, сказала:

— Пять. — Все головы повернулись к ней. — София Рейн. Медсестра. Работала со мной в «Эдеме».

Ее голос дрогнул.

— Сейчас она осталась там, в лаборатории на время.

Нева замерла на секунду. Потом громовой, немного истеричный смех снова вырвался из ее груди. Она схватилась за стол, трясясь от хохота.

— Как тесен мир, черт возьми! — выдохнула она сквозь смех, вытирая новые слезы. — Архитектор Апокалипсиса и её подручные… собрались в одной комнате в захолустном Пальмонте!

Она тряхнула головой, смотря на ампулы на столе, на Ливию, на Джину.

— Ну что ж… Команда подобралась знатная. Осталось только до кукловодов добраться... а их-то, выходит, уже и нет.

Ее смех постепенно стих, сменившись усталой, горькой задумчивостью. Она потянулась за бутылкой виски.

— Кто-нибудь еще хочет отметить Конец Света?

На следующее утро пыльный джип Невы подкатил к зданию бывшего госпиталя. Сет и Джина провели здесь ночь на дежурстве. Тревога за их "соседа снизу" витала в воздухе, несмотря на заверения Ливии. Балт уже стоял у входа возле скорой помощи, привезя Риту и завтрак гостям. Нева вышла, закурив, и молча протянула Балту пачку. Он кивнул, прикурил.

— Запасы табака старого мира заканчиваются, — констатировала Нева, выпуская струю дыма в прохладный воздух. — Будем вести здоровый образ жизни. Или... на следующее лето сажать табак.

Балт фыркнул, смахивая пепел:

— Всегда удивлялся, когда врачи с лишним весом и сигаретой в зубах читали мне лекции о правильном питании.

Он кивнул на ее сигарету.

— А ты, главная наша, – ходячий парадокс. Вредная привычка в квадрате.

Нева усмехнулась, коротко и без веселья:

— Когда твой мир катится вниз, Балт, и мертвецы наступают на пятки, приходится искать выход. Где угодно.

Она подняла сигарету.

— Кроме этого... есть еще алкоголь и запрещенка. Вот оттуда – точно не выбраться.

Ее взгляд стал жестче.

— Ты же как полицейский знаешь это лучше многих.

Балт мрачно кивнул, вспоминая допросы в дурмане и опустевшие глаза наркоманов:

— Знаю. Дно бездонное.

— Так зачем ты им, в этом бункере, понадобился? — Нева сменила тему, глядя на запертые двери госпиталя. — Эд вчера проболтался: "Балт важная шишка теперь".

Балт пожал плечами, в его глазах мелькнуло то же недоумение:

— Скоро, думаю, узнаем...

Двери госпиталя распахнулись. На улицу вышли трое: Ливия, все такая же хрупкая, но с огоньком в глазах; Эд, улыбающийся во всю ширину лица; и незнакомый мужчина лет пятидесяти, в чистой, но поношенной рубашке, с внимательным, оценивающим взглядом.

Ливия сразу бросилась к Неве:

— Нева! Спасибо! От всех нас!

Ее голос дрожал от эмоций.

— Вы не просто привезли еду... Вы дали надежду. Что снаружи... есть жизнь. Настоящая. И люди с сердцем.

Нева кивнула, скупой жест. В этот момент подошли Сет и Джина, только что закончившие обход периметра. Они стояли близко, плечи почти соприкасались. Искра между ними была видна невооруженным глазом. Джина чуть улыбнулась, встретив взгляд Невы, Сет потупился, но уголок губ дернулся.

"Апокалипсис, а жизнь как и раньше", — промелькнуло у Невы. Вредные привычки. Отношения. Дети... Внезапная волна тоски накатила, острая и знакомая. Если бы Ник был здесь... Она резко тряхнула головой, словно отгоняя наваждение. Цинизм – ее броня.