Книга Вирус Aeon. Нева, страница 225 – Татьяна Кравченко

"Раз..." – ее шепот был едва различим, как шелест змеи. Она перехватила нож, взяв его обратным хватом, острием вниз – для мощных рубящих ударов в тесноте. Мускулы спины напряглись под тонкой тканью куртки.

"Два..." – Джина чуть подалась вперед, перенеся вес на переднюю ногу. Сет судорожно сглотнул. Шум внизу нарастал – кто-то или что-то приближалось по лестнице.

"ТРИ!"

Нева рванула дверь от себя, одновременно резко пиная ее ногой в районе замка. Стальная дверь с лязгом и скрежетом поддалась, но не сразу. Что-то тяжелое и мягкое мешало, с другой стороны. Сет, инстинктивно поняв, бросился вперед, плечом наперевес, ударив в дверь рядом с Невой. "Гррх!" – вырвалось у него от усилия. Дверь с грохотом распахнулась, отбросив две расплывшиеся, неподвижные фигуры в лохмотьях. Ожившие. Убитые давно, возможно, еще жильцами квартиры. Один был почти раздавлен дверью, у второго размозжена голова. Запах тлена ударил с новой силой.

Но взгляд падал не на них. Вниз и вверх.

Прямо перед ними начинался пролет лестницы. И он кишел.

Ожившие. Десятки. Они заполонили ступени, площадки, давились в узком пространстве, карабкаясь друг на друга, как муравьи в разворошенном муравейнике. Гнилые лица, вывернутые конечности, рты, открытые в немом или хриплом крике вечного голода. Их мутные, невидящие глаза, казалось, были обращены вверх – на свежий запах жизни, на звук распахнувшейся двери. Первые ряды, находившиеся всего в нескольких ступенях ниже, уже начали разворачиваться, тянуть руки, издавать булькающие, слюнявые звуки. Волна смерти замерла на мгновение, ощутив добычу, и вот-вот должна была обрушиться вверх.

— НА КРЫШУ! ВВЕРХ! БЕЖИМ! – рев Невы перекрыл нарастающий гул. Она не стала ждать. Рванула вверх по лестнице, через ближайших мертвецов, блокирующих путь. Ее нож взметнулся в коротком, страшном по эффективности движении. Чвяк! Острое лезвие с хрустящим звуком рассекло гнилые связки и позвонки первой преграды. Голова покатилась по ступеням. Тело рухнуло. Она не остановилась, отшвырнула ногой следующего, зацепившегося за перила, и всадила нож под ключицу третьему, резко дернув на себя – клинок вышел, обагренный черной гущей. Путь прокладывался не метафорически, а буквально – телом и клинком.

— Нева пригнись.

Сет и Джина открыли огонь. Грохот автоматов в замкнутом пространстве лестничной клетки был оглушительным, как канонада. Короткие, контролируемые очереди. Сет стрелял нервно, почти вслепую, вниз, пытаясь сдержать наваливающуюся массу. Патронные гильзы звенели, отскакивая от стен. Джина работала точнее: одиночные выстрелы или короткие очереди по головам. Тах-тах! Тах-тах-тах! Каждый выстрел – четкий, экономичный. Мертвецы падали, сбивая других, но их было слишком много. Они лезли по трупам своих же, не чувствуя страха, не зная усталости.

— Холодняка нет! – крикнула Джина Сету сквозь грохот, имея в виду их оставленные в джипе нож и топор. – Экономь патроны! Бей наверняка!

Они бежали вверх, отбиваясь. Площадки между этажами были завалены хламом, а иногда – и ожившими. Один вывалился из распахнутой двери четвертого этажа прямо перед Невой. Она не замедлила шаг – мощный удар ногой в колено (хруст!), затем молниеносный тычок ножом в глазницу. Фигура сложилась. Другой, в рваной униформе сантехника, чуть не схватил Сета. Тот вскрикнул, развернулся, ткнул стволом автомата в лицо твари и нажал на спуск. Ба-бах! Кусок черепа и мозга размазался по стене. Сет отпрянул, бледный как смерть.