Книга Вирус Aeon. Заражённый рассвет, страница 15 – Татьяна Кравченко

Сквозь тишину вдруг что-то дрогнуло. Тень у окна. Едва уловимый шелест шин.

Во дворе, за забором, уже стояли трое в чёрной форме и масках. Один поднял руку — жест «готовность». Второй снял с пояса крошечный резак и начал вскрывать замок калитки. Без шума. Без света.

22:39.

Эван встал, потянулся, направился к кухне. В этот момент электричество во всём доме погасло.

— Чёрт… — пробормотал он, и в темноте замер.

Он услышал звук. Едва различимый… как будто что-то мягкое коснулось стеклянной двери. Он обернулся. Ничего. Только темнота за окнами.

Затем — резкий глухой удар в заднюю дверь, и в ту же секунду — вспышка ослепительного света.

— Полиция?! — крикнул он, ослеплённый. — Кто здесь?!

Ответа не последовало.

Из темноты вынырнули двое — в чёрных костюмах, с автоматами, в баллистических масках. Один ударил Эвана в грудь прикладом — тот рухнул на пол.

Третий вошёл следом, сканируя помещение инфракрасным визором.

— Объект локализован. Начинаем изоляцию.

— Приказ, — прозвучал голос без эмоций. — Контакт с заражённой зоной. Потенциальный носитель.

Ему в шею вонзили иглу с прозрачной жидкостью. Через несколько секунд он потерял сознание.

22:45.

Сотрудники группы Z-7 запечатали тело Эвана в чёрный мешок, на котором не было ни имени, ни номера. Только штрихкод. Затем — вышли так же тихо, как и пришли.

Дверь аккуратно закрыли. Свет не включали. Соседи так ничего и не заметили.

Дом остался пустым. Только кот сидел у двери, мяукая в темноту.

23:17. Восточный сектор, жилой комплекс «Сосновый мыс».

Высотка. Четырнадцатый этаж. Квартира 1407. Здесь жила Мира Сандерс, младший вирусолог. Молодая, с тихим голосом и тёмными кудрями. Она была одна — недавно развелась, сына увезли к бабушке. После долгой смены в лаборатории она ушла домой три дня назад. Жаловалась только на бессонницу и слабость.

Сейчас в её квартире горел свет. На кухне грелся чай, в спальне играла тихая музыка. Мира стояла у зеркала, расчесывая волосы, с тревогой глядя на тёмные круги под глазами.

В это же время:

На крыше соседнего дома, в темноте, группа Z-7 готовила оборудование. Один из агентов просматривал тепловизором здание.

— Объект у зеркала. Один.

— Окна — бронированные?

— Нет. Обычное стекло. Вход — через вентиляцию и балкон. План «Тишина».

23:21.

Один из бойцов аккуратно спустился по тросу к балкону 1407. Снял замок, проник внутрь — как тень. Мира не услышала ни звука. Он отступил в коридор. Через 10 секунд к нему присоединились двое.

23:22.

Мира, наконец, повернулась от зеркала — и тут же замерла. В её квартире стояли трое мужчин в чёрном. Без слов. Без знаков. Один из них уже поднимал руку с инъектором.

— Что за… ЧТО?! — она не успела закончить крик. Игла вонзилась в плечо.

Она отшатнулась, но было поздно. Колени подкосились. Руки задрожали.

Один из агентов склонился к ней, проверяя пульс.

— Готово. Упаковать.

В комнате снова стало тихо. Бойцы аккуратно завернули Мирy в изоляционный мешок. Механизм щёлкнул — всё стерильно. Через минуту в квартире снова не было ни души. Только чай на плите начал выкипать, тихо шипя в пустоту.

00:04. Южный район. Частный сектор. Дом Карима Бела.

Карим был системным аналитиком проекта — тихий, пунктуальный, слабо верящий в теории заговора. Сегодня он не спал: писал в чат коллегам, пытаясь понять, почему никто не отвечает.