Книга Мистический капкан на Коша Мару, страница 45 – Евгения Райнеш

Под «сложившимися обстоятельствами» он явно имел в виду балаган с маламутом. Только слепой не заметил бы, как по-дурацки выглядел Азаров, пытаясь образумить развлекающегося пса. И вообще — всю веселящуюся компанию.

— Когда, интересно, вы смогли её заметить? — огрызнулся Клим.

— Вот, — незваный гость указал на солнечное пятно. — Я вошёл, а вы как раз расставляли девушку и этого…

Невозможно было сдержать улыбку при воспоминании о Хэви.

— И этого баламута в круге. Так точно! Чуть влево, чуть вправо, — и магия исчезала. Тонкие, почти филигранно отмеренные границы света и тьмы…

Клим поймал себя на том, что совершенно идиотски улыбается. Он много раз давал зарок не попадаться на лесть, но тут его уже несло:

— На самом деле, искусство фотографии заключается в том, чтобы снимать свет, а не предметы. Сам по себе предмет служит просто орудием для отражения света, его проводником. И если освещение хорошее, то всегда можно найти что-то достойное внимания фотографа.

Это было правдой. Все вещи, выглядящие обычно и безлико, хранили в себе тайну, которую требовалось разгадать. Всё, что Клим делал: вытягивал кадр из пространства, тень из света, сущее из временного.

— Вы — мастер, — задумчиво сказал Егор. — Необыкновенный мастер. Я не ошибся.

Почему-то Климу, несмотря на всю комплементарность, фраза не понравилась. Что-то в тоне Егора настораживало. Хозяин «Чёрной луны» словно налагал на фотографа какие-то обязательства. Клим внутренне сжался, предчувствуя: теперь должно последовать неприятное предложение, от которого он не сможет отказаться. Поэтому давал себе зарок: не слушать сторонние комплименты. За ними всегда что-то стояло.

— Я хотел поговорить насчёт дома… — буркнул он хмуро, уходя от откровений.

— Я тоже, — Егор внимательно посмотрел на фотографа. — И, наверное, то, что хочу сказать, будет для вас неожиданностью. Это ужасно — случившееся, но, согласитесь, трагедия может придать особую атмосферу вашей будущей съёмке. Понимаю, звучит цинично, но настоящее искусство происходит в истинных реалиях. Если не ошибаюсь, то великий мастер ужасов Эдгар По писал, что смерть красивой женщины — одна из самых поэтичных тем в мире. Трагедия обеспечит необходимые краски, это будет уже не декорация, а сама жизнь.

Клим не мог не согласиться с мастером ужасов, но Егор ему не нравился категорически. Поэтому он почти презрительно хмыкнул.

— Вы хотите…

— Я приехал специально, чтобы уговорить вас не отказываться от съёмки. Не платите аренду. Совсем. Я решу вопрос. Мне нужны только кадры из дома. И… вы же наверняка уже снимали, так? Заметили что-то необычное? Можете показать?

В глазах у Егора появился странный блеск. Холёный лев, которого Клим видел в офисе агентства, превратился в кроткую овечку. Он просительно заглядывал в глаза фотографу и, кажется, был готов пообещать всё, что угодно, за… Что ему на самом деле нужно?

По спине Клима прошёл холодок.

— Там, может, орудует серийный маньяк, — ответил он. — И, возможно, он прячется где-то в доме.

— С чего вы это взяли? — Егор спрашивал, не сомневаясь, а интересуясь. — Есть какие-то наблюдения?

Клим осёкся. Из всех возможных улик у него было только пятно на объективе и видение ночной купальщицы. Первое дискредитировало его как профессионала, второе — как адекватного человека.