Книга Мистический капкан на Коша Мару, страница 48 – Евгения Райнеш

— А-а-а, — вспомнил Клим, — твою сдох… пропавшую собаку? Космонавтку? Но какого чёрта ты так поздно? Тут же…

Он прикусил язык. Пугать маленькую девочку только что произошедшим убийством не стоило.

— Я знаю, — на лице Наты отобразилась печаль. — Вчера тут кто-то умер.

— Ната…

Клим присел перед ней на корточки. Девочка явно знала гораздо больше, чем он думал сначала.

— Эта твоя… пустодомка… Она может иметь отношение к случившемуся?.. И вообще — что это?

— Сущность, — пояснила девочка. — Иногда она похожа на хозяина дома, иногда может принимать форму змеи. Рита где-то узнала, что вообще-то эти сущности незримы, но, если попадётся на глаза, — это знак скорой гибели. Для предсказаний может издавать звуки… Вот такие — «тхе-хе-хе»…

Ната вдруг в точности повторила покойную Татку:

— Если вот так кашляет — к беде. Если смеётся — добро дому.

— Она говорила, что кто-то кашляет, — подтвердил Клим. — Татка говорила. Та девушка, которая…

— Коша Мара не хотела, чтобы так случилось.

Что она имела в виду? Клим не задал этот вопрос, но девочка поняла.

— Коша Маре пришлось умереть, чтобы снова жить.

— Это она тебе сама сказала? — разговор был странный, глупый и…

Опасный.

— Нет, с ней мне ещё не удалось поговорить, — на лице Наты проступило небольшое удивление от того, что Клим такой непонятливый. — Ты же пока не пригласил меня в дом. Это он сказал.

— Кто⁈

Клим стремительно обернулся, выискивая в сумеречных тенях облик притаившегося убийцы.

— С кем ты говорила здесь⁈

— Он высокий, красивый и давно ждёт Коша Мару. Но не умеет открывать ту самую дверь. Видишь, это только у тебя получилось!

Клим схватил Нату за руку. Он ещё оглядывался, противный липкий страх не отступал. Внутри всё сжалось. Невидимый враг — самый опасный. Как Клим может рассчитать свои силы, если не знает, к кому их применить? Он до дрожи боялся за девочку.

— Когда ты говорила с этим красивым?

— Ой, ещё до тебя, — Ната сморщилась и дёрнула ладонь из его судорожно сжатых пальцев. — Отпусти, мне больно.

— Прости, — Клим ослабил хватку. — Что значит — до меня?

— Когда ты ещё не поселился. Он часто приходил. Сидел здесь, смотрел на окна. Иногда плакал. Я пряталась сначала, когда приходил, а один раз он плакал так горько, что не выдержала и подошла к нему.

— Как его зовут?

— Не знаю, — она пожала плечами. — Мы не говорили про него. А только про Коша Мару. Он называл её другим именем, даже злился, когда я говорила «Коша Мара». То имя трудное, я не запомнила, а себя он называл…

Она прищурилась и быстро облизнула губы. Словно прикидывала — говорить или нет.

— Ну⁈ — не выдержал Клим. — Как называл?

— Рыцарь, — наконец-то, решившись, торжественно произнесла Ната. — Вот так он говорил: «Я — её рыцарь». И ещё — что злые силы заточили её в доме, а он должен освободить… Коша Мару.

Последнее девочка произнесла с упрямством, словно отстаивая право звать неведомую пустодомку этим именем.

— Чушь какая-то, — пробормотал совсем тихо Клим. Он не хотел, чтобы девочка его услышала, но удержаться не мог.

Какой-то плачущий рыцарь-маньяк, пустодомка Коша Мара, космонавтка Белка, застрявшая между двумя измерениями. И ангельского вида девочка, которая уже почти ночью сидит с ним на бревне рядом с местом, где буквально только что произошло убийство. Клим поёжился, подумав: там ещё, наверное, и кровь-то на полу не свернулась. И в то же время чувствовал, как тянет его в дом. Словно кто-то зовёт из-за тусклого блеска окон.