Книга Вниз головой, страница 19 – Клэр Кершоу

Стараюсь быть как можно приветливее, надеясь, что он забудет неприятный разговор в автобусе и протянет мне руку помощи.

— Извини, ты не мог бы мне помочь? Я ищу «Коралловую мечту», но ее нигде не видно.

Удивление на его лице сменяется унынием.

— Ты… – Он замолкает и откашливается, словно что-то застряло в горле. – Ты ищешь «Коралловую мечту»?

— Да… Ты тоже?

Он мычит что-то нечленораздельное. Видимо, на австралийском это означает «да». Меня охватывает тревога. Как получилось, что единственный человек, который заметил мой промах с кремом, оказался на той же самой яхте? Их здесь тысячи!

— Не пойму, куда она подевалась, – ворчит он, не поднимая головы.

— А ты не пробовал посмотреть на сайте? У меня просто нет связи, – объясняю я.

— Естественно, – сердито говорит он.

Я протягиваю ладонь, чтобы представиться, но его мобильный начинает вибрировать, и кто-то дает указания.

— Думаю, нам сюда, – говорит он, забрасывая за плечи рюкзак.

Моя рука зависает в воздухе.

— Я Милли, – по инерции бормочу я, привыкая к новому имени, но парень уже далеко впереди, и я опускаю руку.

Мы несемся по причалу, пригибаясь под вывесками и перешагивая через кучки птичьего помета. Загорелый злюка резко сворачивает на причал поуже. Парень гораздо выше меня, и ему лучше видно таблички с названиями. Вместо того чтобы разглядывать надписи, я следую за его широкими плечами. Вскоре мы добегаем до конца пирса и останавливаемся перед маленькой яхтой, метров пятнадцати длиной. На борту написано большими синими буквами: «Коралловая мечта». По периметру кормы стоят скамейки, образующие квадрат вокруг большого кресла со штурвалом, заменяющего капитанскую рубку. На одной скамейке сидят парень и девушка, держатся за руки. Она положила голову спутнику на плечо, и тот показывает ей что-то на телефоне. Они смеются.

Я невольно вспоминаю о Заке. Это могли быть мы. Хотя нет. У нас разное чувство юмора. Я качаю головой. Не хочу сейчас о нем думать. Следующие пять дней и четыре ночи я – Милли. Моя главная цель – найти губана-бабочку. О жизни, которая осталась за спиной, подумаю потом.

Несмотря на облачное небо, плечи все равно начинают обгорать. Над кормой яхты натянут тент, защищающий скамейки и рулевой пост от солнца. Я смотрю на загорелого дылду, который явно расслабился и подобрел. Он улыбается, будто говоря: «Ты не хочешь сказать мне спасибо?» Как ни странно, нет. Меня раздражает его загар. Наверное, он никогда не пользуется кремом.

На лодке кипит жизнь. Какая-то женщина с растрепанным пучком волос то ныряет в каюту, то выскакивает на палубу. Темноволосый парень бегает с бака на корму и обратно. Милли говорила, что лодка рассчитана на двенадцать человек, но мне это кажется сомнительным. Гладкая белая палуба, большой парус, капитанское кресло под навесом, окруженное скамейками, а внутри может поместиться разве что небольшая каюта.

Дочерна загорелый босоногий тип с блондинистыми дредами в темных очках непринужденно обходит нас и с кошачьей ловкостью прыгает на яхту. Мы с попутчиком обмениваемся недоуменными взглядами. Он тоже явно не в теме. Через секунду мужчина с дредами выходит обратно на пирс и здоровается.

— Я – Аарон, – заявляет он, будто это все объясняет. – Давайте ваши вещи.

Он хватает мой тяжеленный чемодан и забрасывает на борт, как пушинку. Я содрогаюсь, вспоминая, с каким трудом запихивала его в багажное отделение автобуса.