Книга Искатель, 2008 № 08, страница 2 – Журнал «Искатель», Станислав Родионов, Владимир Анин, и др.

— Так от отравы и помереть можно? — А сам думаю: кто бы говорил.

— А как же! Помереть обязательно можно. Народ спивается — страсть!

Мелькнул указатель.

— Я тебя, Федор, на повороте высажу.

— Это... Так там это... там пост. Я могу и раньше. Я потом так...

Приконченный «Зверобой» мы кинули в окошко. Знакомое ощущение полета и легкой звонкости охватило меня.

— За кого боишься? За себя, за меня? За меня не бойся, меня не останавливают.

Я оставил его под набравшим силу осенним дождем, сообщив напоследок:

— Напрямую не ходи, иди через деревню, как ее здесь, Хлёбово. На дороге авария большая, автобус с автокраном. Точно говорю. Милиции куча, «скорые», вообще. Это если ты опасаешься. Чего там своровал-то, в сумках, металл, провода, кабель?

— Это... Ты того... здешний, что ль?

— В первый раз в ваших местах, — сказал я, ничуть не кривя душой.

Он остался, открыв рот, и таким я его помнил еще аж целых десять секунд, покуда не забыл прочно и навсегда. По его разумению, ездят на крутых тачках, и пьют за рулем, и гаишников ни в хрен не ставят либо ну о-о-очень большие начальники, либо бандиты. С небритой своей опухшей физиономией я тянул на вторых. Но что — «в костюме при галстуке», хоть тоже помятых и изжеванных, — это давало определенный намек и на первых.

Скажи ему кто, что костюменция от «Бриони» тянет на восемь с половиной и галстучек еще на две тех самых денег, про которые он только по телевизору слышал, небось, и не поверил бы. Любимая Родина в кирзачах-говнодавах.

На подъезде к будке поста я даже скорость не потрудился сбавить, однако в зеркале заднего вида отследил, что стоявший в накидке мент повернулся и проводил меня долгим взглядом. Но и в пост не побежал, и в уоки-токи свой не забормотал.

Это было очень плохо. Значит, ночной мой рывок из Москвы не имел никакого смысла. Значит, ускользнуть мне не удалось.

По большому счету, я ничего иного не ожидал.

Вновь придерживая баранку коленом, я сунул руку под сиденье, нащупал плоский стеклянный бок. Зажал пробку зубами, с хрустом провернул.

От трех полновесных глотков радостный гул наполнил меня целиком. Гул рассказал мне уже не только о ДТП, оставшемся позади и сбоку, внутренним взором я теперь мог видеть весь расстилающийся впереди незнакомый город. Все его улицы, переулки, тупики, здания, дороги, людей, офисы, жилые дома, магазины — все!

То, что мне требовалось отыскать, пока не видел, но я надеялся, что искомое будет именно здесь. Что мне не придется ехать дальше. Хотя тогда-то и начнется самое трудное. Но ведь еще не вечер? Еще только утро...

Я допил коньяк, швырнул фляжку в окно и, прежде чем стекло въехало обратно в паз, даже успел услышать стеклянный разлетевшийся звяк.

У этого города не было даже четко обозначенных границ. Здоровенные бетонные буквы при съезде с трассы не в счет. Щит-приветствие. А потом долго еще пришлось ехать перелесками, мокро съежившимися вдоль обочин, и дома были даже не дачными коттеджами, а вполне деревенскими избами. Но и дачи попадались. Впереди, дальше, впрочем, уже толпились спальные многоэтажки.