Книга Обольстительный пират, страница 142 – Минерва Спенсер

— Всего лишь маленький раскат грома. — Губы Калитена изогнулись в усмешке. — Фирменный напиток Жана-Поля. Ты ведь не хочешь его обидеть?

Жан-Поль оторвался от своих дел и взглянул на дрожащего Гастингса.

— Нет! Я ничего плохого не хотел сказать: просто выпивка оказалась довольно… э-э… крепкой. Голова чертовски раскалывается. Можно мне чаю?

Дафна могла бы сказать кузену, что просить о чем-то этих людей, не говоря уже о чем-то настолько английском — а они явно ненавидели Англию, — это очень плохая затея.

Калитен схватил Малкольма за горло в мгновение ока и встряхнул с такой силой, что зубы у того клацнули, словно игральные кости. Он покосился на Жана-Поля, все еще сжимая горло пленника в здоровенном кулаке. — Что сказал его милость, Жан-Поль? Что он сказал? — прорычал он, брызжа слюной Малкольму в лицо.

Жан-Поль пожал плечами, прежде чем заговорить — впервые за этот день, — и ухмыльнулся.

— Он хочет le thé^[11].

— Да, мне тоже так показалось. — Калитен нахмурился, словно не в силах решить, рад он или разочарован, что его догадка оказалась верна, и заморгал, глядя на Малкольма, словно не мог вспомнить, зачем схватил его за горло.

Малкольм задохнулся, и Калитен отпустил его так же внезапно, как схватил, бесстрастно глядя, как он опять снова сполз по стене на грязный матрас, хватая воздух ртом, точно выброшенная на берег форель.

Калитен указал на третий стул за маленьким столом.

— Вставай и подкрепись. Жан-Поль приготовит тебе хороший французский кофе, никакого le thé.

Гастингс с перекошенным от страха лицом поднялся на ноги и рухнул на шаткий стул, а когда Жан-Поль подошел к нему сзади и со стуком поставил на стол побитую миску с кофе, вскрикнул и сжался в комок.

Калитен наблюдал, как он смотрел на миску, а потом на их кружки, и на мгновение Дафне показалось, что ему достанет глупости потребовать кружку и себе, но тот взглянул на Калитена и прочел по его лицу что-то такое, что заставило его взять миску и сделать шумный глоток.

Калитен повернулся к Дафне с нехорошим блеском в глазах.

— Мы с Жаном-Полем не ожидали, что у нас будут гости: мы вообще не думали, что окажемся здесь, но всему виной его светлость. Пожалуй, я сам виноват: поверил его светлости на слово, что он привезет мои деньги. Поверил слову джентльмена, да, Жан-Поль?

Француз бросил на Гастингса очередной злобный взгляд.

Малкольм благоразумно разглядывал свою миску с кофе, избегая смотреть на обезумевшего пирата, с которым имел глупость связаться. Рука Калитена то сжималась в кулак, то снова разжималась, подергиваясь на столе, и Дафна ожидала, что он того и гляди ударит Малкольма, но он только отмахнулся эффектным равнодушным жестом.

— Мне грех жаловаться. — Он наклонился вперед и взял руку Дафны в свою, чуть поглаживая, когда продолжил говорить. — Если бы не наш маленький лорд, я бы еще долго не воссоединился с моим добрым другом Одноглазым Стендишем. Мне не терпится увидеть, как удивится мой старый приятель: наверняка не меньше, чем я, когда узнал, что он, оказывается, лорд Рамзи, а? Барон даже, Жан-Поль! Ты можешь в это поверить? — Он перевел взгляд с Дафны на немногословного француза.

— La vérité est plus étrange que la fiction, — сказал Жан-Поль, пренеприятно улыбнувшись.

Калитен тоже взглянул на Гастингса, напоминая при этом сорванца, который собирается оторвать мухе крылья.