Книга Там, где мы настоящие, страница 231 – Инма Рубиалес

Как отреагировала его семья, узнав, что я уехала не попрощавшись? Да еще и в такой тяжелый момент?

Я пойму, если они возненавидят меня.

Если не захотят меня больше видеть.

Стоит подумать об этом – и слезы подступают, так что я даю им волю. Сразу после взлета отстегиваю ремень, отворачиваюсь от Майка и беззвучно плачу весь полет. Стюардессы изредка бросают на меня встревоженные взгляды, да и Майк, я знаю, не сводит с меня глаз, но никто ничего не говорит. Первый перелет – два с половиной часа. Потом двухчасовая пересадка в Амстердаме. Майк спрашивает, не хочу ли поесть, я отвечаю, что не голодна. В итоге он все равно тащит меня в вип-зал. Мы устраиваемся на диване, Майк приносит мне кофе, к которому я не притрагиваюсь полчаса. Когда наконец делаю глоток, он уже остыл, но меня вдруг поражает: вот это настоящий кофе. И я, кажется, уже скучаю по финскому.

Мобильный интернет здесь не ловит. Я могла бы подключиться к вайфаю аэропорта, но не хочу. Я знаю, что сообщений не будет, – я видела лицо Коннора, когда уезжала. Он не напишет.

И все же я кладу телефон на подлокотник экраном вверх и каждые пару минут украдкой бросаю на него взгляд. Хотя связи нет, но вдруг.

У меня нервный тик.

Тошнота никуда не делась.

Все паршиво.

Следующий рейс – прямой до Майами, десять часов. Здесь кресла удобнее, самолет гораздо больше. Я не спала так долго, что отключаюсь почти сразу после взлета. Когда поднимаю тяжелые веки, за иллюминатором уже ночь. В салоне стоит собачий холод, но я почти не замечаю: Майк укрыл меня своим пледом и моим. Он дремлет рядом. Меня злит, что он все еще пытается обо мне заботиться – даже после нашей ссоры, даже после расставания, даже после того, как ужасно я с ним обошлась. От этого мне самой становится только противнее.

В Майами приземляемся около девяти вечера. Выходя из аэропорта, я с ужасом жду, что нас встретят родители Майка или их шофер. К счастью, он ведет меня на парковку, объясняя, что его машина здесь.

Мы садимся и пристегиваемся.

— А как же Уайлан? – спрашиваю я.

Уайлан – их шофер. Он работает в семье Майка уже не одно десятилетие. До того как мы получили права, именно он возил нас повсюду.

Майк искоса бросает на меня взгляд. Впервые с самого отъезда из Тампере я сама завожу разговор. К счастью, он просто отвечает и не упоминает о том, что я столько часов провела в молчании.

— Он в декретном отпуске. У него родилась дочка, Лидия, помнишь? – Имя Лидии врезается в мое сознание, возвращая в реальность. Жена Уайлана еще была беременна, когда я уезжала в Финляндию. Странно осознавать, что, пока меня не было, жизнь продолжалась для всех, кого я оставила. – Вернется через пару недель. Он оставил контакты нескольких временных шоферов, но отец отказывается кому-либо звонить. Так что будем без шофера, пока он не выйдет. Ты же знаешь, какой он.

— Майк, насчет того, что случилось…

— Не нужно об этом, – обрывает меня он, стараясь казаться спокойным, но я вижу, как напряжены его плечи под свитером. – Куда тебя отвезти? Домой или в больницу?

Я сглатываю слюну.

— В больницу, пожалуйста.

— Через полчаса будем там. Если хочешь, предупреди Бренну.

Я достаю телефон, чтобы написать ей. Теперь, когда я снова в Штатах, надо отключить симку, которую мы купили с Лукой, и вернуться к своей старой. Я пишу Бренне, но ответа нет. Закусив губу, я почти машинально открываю чат с Коннором, хотя и знаю, что сообщений там нет. Он появляется в сети. Там, наверное, глубокая ночь. Интересно, ему не спится? Пальцы замирают над экраном. Я блокирую телефон и убираю его, чувствуя, как тяжесть в груди становится все сильнее.