Книга Голые души, страница 124 – Любовь Левшинова

Крис только покачал головой, расплылся в счастливой улыбке. Заключил Тат в долгие, крепкие объятия и закрыл глаза. Дрейк поначалу стояла напряженная, как струна, переваривая ситуацию и собственные слова, но затем расслабилась, обняла Криса в ответ, глотая подступившие от переизбытка чувств слезы.

Хоть какую-то часть правды о ней он теперь знает. Говорить это было страшно, но чертовски приятно.

Настроение резко подскочило до высочайшей отметки. Дрейк взяла Криса за руку, улыбнулась: волнение пропало, сердце окутала веселая игривость.

— С наступающим Рождеством и Новым годом, – раздалось рядом. Слава прострелил обоих многозначительным взглядом. – Вечер перестает быть томным.

— Ага. – Тат подобралась на месте, но мастерски сыграла равнодушие. – Еще увидимся, – безэмоционально кинула она Святославу, с Крисом под руку прошла мимо парня в зал. – Хочу как можно меньше пересекаться с этой ложкой дегтя, – скривившись, пояснила она Крису.

— Поддерживаю. Сухоруков! – изумленно воскликнул Вертинский, почти нос к носу столкнувшись с другом.

Татум хихикнула над замешательством Криса, добродушно поприветствовав парня.

— Марк.

— Дрейк.

Они обменялись улыбками и рукопожатиями. Крис был в смятении. Теперь ему неловко было не играть, а испытывать настоящие чувства на публике.

— Уже уходишь? – прочистив горло, поинтересовался Вертинский.

Марк прошелся взглядом по парочке, хмыкнул.

— Да, специально пришел пораньше, чтобы вечер освободить. – Он развел руками и добавил: – Рад, что у вас все хорошо. – Марк выразительно посмотрел на Дрейк, и та рассмеялась, крепче сжимая руку Криса.

Марк знал про отношения друга, но отчего-то Вертинский занервничал именно сейчас. Потому что раньше преувеличенно проявлял свои чувства в компании друзей. Сейчас его сердце не переигрывало.

Дрейк обернулась к парню, улыбнулась успокаивающей улыбкой. Крис смотрел в глаза мягко, глубоко, будто водопад в душу заливал, заполнял ее до самого дна. Дрейк выдохнула.

— Повеселитесь, но берегитесь Антонины Геннадьевны. Кракова сегодня очень дружелюбна, – быстро проговорил Марк, кивнул Тат и пожал руку Вертинского, в срочном порядке под удивленные взгляды покидая ресторан.

Дрейк лишь рассмеялась, а Крис заметил ту, от кого бежал Сухоруков.

— Антонина Геннадьевна! – Вертинский поприветствовал подошедшую женщину.

— Кристиян, Татум! Рада вас видеть! – Особа расплылась в улыбке, Татум не мешкая приобняла женщину.

— Потрясающе выглядите! – с теплотой отозвалась Дрейк: она помнила, как они с Антониной Геннадьевной приятно болтали на уикенде и женщина с удовольствием делилась рассказами о местных вечеринках и подробностями развлечений их круга. – Вы что, изобрели машину времени? Вас не узнать! – Тат игриво подмигнула, и женщина расплылась в смущенной улыбке.

— Ой, ну что ты, – отмахнулась Кракова. – На себя посмотри, милочка, ты просто сияешь! В чем секрет? – Она чуть наклонилась к Дрейк, заговорщически понижая голос.

Крис наслаждался женской болтовней и молчал.

— Это все качественный секс, – ответила Дрейк, довольно кивнув, отчего Антонина Геннадьевна синхронно с Крисом поперхнулась воздухом. Тат хохотнула и пожала плечами. – Много забот с галереей, но эти заботы приятные.

— Ну ты даешь, Татум. – Она приобняла девчонку. – Тебе палец в рот не клади! – Женщина заливисто рассмеялась, и Тат усмехнулась.