Книга Порочный ангел, страница 60 – Л. Дж. Шэн

— Будь добр, уйди с глаз долой, – ворчу я и плетусь к дивану. Могла бы подняться в свою комнату, но я на своей территории. Я с раздражением хватаю пульт.

На красивом лице Льва мелькает мерзкая ухмылка.

— Поверь, мне хочется находиться здесь не больше, чем тебе. Я сейчас пропускаю три вечеринки. К сожалению для нас обоих, я считаю, что обязан о тебе позаботиться. Не стоит принимать мои высокие моральные принципы за симпатию.

— Высокие моральные принципы! – негодую я, агрессивно нажимая на кнопки пульта. – Так ты это называешь, когда морочишь Талии голову и просишь своего лучшего друга помочиться в стаканчик?

— Когда это я просил Грима мочиться в стаканчик? – язвит он в ответ.

Одно ясно наверняка: Лев больше не мой поклонник.

— У тебя туго с чувством юмора, – объявляю я.

— А у тебя с одеждой. – Он пододвигается вплотную к моему лицу и выхватывает пульт у меня из рук. – Иди наверх и надень штаны. Пока не помочишься в стаканчик, ты не мой лучший друг, великая Бейли Фоллоуил.

— Тогда кто же я? – спрашиваю я, удерживая его взгляд. При мысли о том, что он назовет меня своим нынешним лучшим другом, во мне почти воскресает надежда. А может, он имеет в виду, что я могу стать его будущей девуш…

Наступает пауза. Такое чувство, словно Лев поглотил весь кислород в комнате. Его ноздри сердито раздуваются.

— Ты просто незнакомка, которая, к большому сожалению, знает все мои тайны.

* * *

Льву назло я надеваю такие короткие шорты, что он смог бы провести мне осмотр влагалища, даже их не снимая. Потом спускаюсь на первый этаж, и мы молча едим заказанную с доставкой еду. Вернее, он ест. У меня уже несколько месяцев нет аппетита. Лев включает краткий повтор футбольного матча, но я знаю, что на самом деле он не смотрит. Я палочками гоняю лапшу в бульоне.

— Так что, вы сегодня проиграли? – насмешливо спрашиваю я.

Он не отрывает взгляда от телевизора.

— Нет. Выиграли.

— Как мило. Талия надела твой спортивный бомбер?

— Никто не надевает мой бомбер.

— Ох. Эгоизм зашкаливает? – Но, конечно, в животе порхают бабочки, говоря мне, что надежда еще есть.

Лев отрывается от еды.

— Дать девушке куртку своей спортивной команды, значит, заявить на нее права. А Талия не моя.

В голове проносится мысль, что Талия проверяла меня, когда дала номер Сидни. Но я заключаю, что у меня паранойя, хотя Дарья и сказала, что она манипулятор.

— Нам не обязательно враждовать. – Я прокашливаюсь. – Возможно, я… была излишне резка с тобой.

Лев со звоном бросает ложку и палочки в тарелку и направляет на меня пристальный взгляд, словно дуло пистолета.

— Сейчас же помочись в стаканчик, и доверие будет восстановлено, Бейли. Избавь меня от страданий, и мы снова станем лучшими друзьями.

Где-то на задворках разума тихий голосок твердит, что Лев высказал очень разумную мысль, просто я пока не готова это признать.

— А знаешь что? Забудь. Думаю, наше доверие друг к другу непоправимо подорвано.

— Да? – Лев облокачивается на стол. Маркс, как он красив. Контур его губ так безупречен, будто нарисован карандашом. – И каким же образом я утратил твое доверие? Только не говори, что из-за Талии.

— Ты не сказал мне, что у тебя есть девушка.

— Да, мать твою, нет у меня никакой девушки! – Он бьет кулаком по столу, отчего все на нем подскакивает на пару сантиметров над поверхностью. – Есть просто девчонка, с которой я занимаюсь сексом и провожу время. Изредка. Она знает, что к чему. Мы просто развлекаемся. И вообще, какие у меня были варианты? – спокойно спрашивает он. – Сидеть и томиться по любимой девушке, которая сказала не ждать ее, потому что между нами никогда ничего не будет? Ты сказала, что не хочешь меня, а потом наказываешь за то, что был с другой. Сказала, что никогда меня не забудешь, а потом уехала и оборвала все связи. Позвонила мне среди ночи, будучи при смерти, а теперь отказываешься сдать тест на наркотики. И ты ожидаешь, что я поверю, будто ты имеешь какое-то отношение к Прежней Бейли? Да ты ей в подметки не годишься. Даже под каблучок.