Книга Цвет греха. Чёрный, страница 31 – Александра Салиева

В ящике тумбы ключей от браслетов не оказалось. Как и вообще во всей спальне, по крайней мере, с виду, а прятать тут особо и негде.

У него в карманах штанов?

Рука начинает затекать и я даже почти решаюсь…

Останавливает лишь мысль о том, что придётся не просто сдвинуться к нему ближе, но и он может проснуться, когда я над ним, сверху, собираюсь облапать.

Как потом оправдываться буду?

Хотя бы перед самой собой!

Ведь даже после того, как автомобиль останавливается на школьной парковке, а я выбираюсь наружу, всё равно никак не отпускает…

— Хорошего дня, — прощаюсь скорее по привычке, из вежливости, нежели потому, что действительно нужно.

Не знаю, отвечает он или нет. Музыка так и не утихает, потому и не слышу. Да и внимание приковывает совершенно иное. Вернее — наоборот. Невозможно игнорировать любопытство в глазах каждого встречного, пока белый суперкар позади меня разворачивается по территории стоянки и уезжает. Слишком много тех, кто замечает, начиная шушукаться между собой, совершенно не стесняясь того, что я ещё здесь, не совсем прошла мимо.

В общем…

Добро пожаловать в будни школы «Бахчешехир»!

Я к презрительным и высокомерным взглядам давно привыкаю, поэтому не обращаю никакого внимания на них. Музыка в наушниках помогает справиться со всем тем ядом, что сочится в чужих словах, летящих вслед. Иду прямиком на урок. Первым должна быть история. Преподаватель обычно приходит задолго до звонка, подготавливая доску к будущим занятиям, и сегодняшний день не становится исключением, поэтому первая пара проходит для меня относительно спокойно. Если не считать многочисленные уведомления, что приходят не только на мой телефон, но и всему классу.

Всё те же идиотские рассуждения и домыслы в социальных сетях о том, что я вчера натворила — не всегда справедливые и правдивые. Их я тоже игнорирую.

К чему расстраивать себя ещё больше, чем уже есть?

Ещё бы одноклассники перестали так подленьки хихикать и бросать в мою сторону косые снисходительные взгляды… Не перестали. Ни после первой пары. Ни после второй. А в перерыве между ними и вовсе:

— Как же невежливо, Асия, — доносится за моей спиной ровно в тот момент, когда я вешаю рюкзак на спинку стула и собираюсь на нём же устроиться.

Разворачиваюсь. Ведь ни в коем случае нельзя стоять спиной к той, кому принадлежит этот тягучий голос. И нет, на этот раз не в мнимом уважении дело. Банально опасно. Дерья Шахин — пусть и моя ровесница, но настоящая анаконда: та, кто не просто больно укусит, скорее сразу заживо сожрёт, вовсе не подавится, и та, кто имеет в подчинении не меньше десятка мелких гадюк.

— Невежливо? — переспрашиваю.

Не потому, что хочу поддержать диалог. Не отстанет же, пока не выскажется и не получит то, что желает. Иначе на хорошеньком ухоженном личике сейчас не светилось бы столько неприкрытого довольства. Тогда, когда любая другая на её месте скорее просто-напросто вопила бы, плевалась ядом, или того хуже — сразу бы набросилась, будучи официальной возлюбленной Каана Дикмена. Но не она. Ей такое не к лицу. У неё на это есть сподручные.

— Ну как же? Конечно, невежливо, — округляет глаза с театральной искренностью Дерья. — Целое утро прошло, а ты так и не соизволила извиниться, — склоняет голову чуть вбок с самым заинтересованным видом, кокетливо накрутив витой светлый локон вокруг указательного пальца.