Книга Подарок для шейха. Жестокая сказка, страница 71 – Анастасия Сова

Одно слово. Мое имя. Со знакомым акцентом.

Я замираю.

Секунду стою, глядя на свои ботинки, потом медленно поднимаю голову.

Амин выходит из тени.

Темное пальто, шарф, перчатки в руке. Лицо чуть бледнее, чем я помню, под глазами — следы бессонных ночей. Но это он. Тот самый взгляд, от которого у меня перехватывает дыхание.

— Привет, — говорит он тихо.

Я вдруг понимаю, что если сейчас моргну, он исчезнет. Как сон.

— Ты… — голос срывается. Я сглатываю. — Ты что здесь делаешь?

Он смотрит вокруг — на старенькие стены, на кривые ступеньки подъезда, на машину с помятыми дверями. Какой урод давно кинул ее здесь и не забирает.

— Ищу одну женщину, — отвечает Амин. — Она сбежала из моего дворца, а потом месяц жила так, как будто меня никогда не существовало.

Я нервно смеюсь. По щеке стекает холодная дорожка — то ли снег, то ли слеза, я не разбираю.

— Откуда ты… — начинаю.

— Для меня нет невозможного, Аня.

— Ты не должен был приезжать, — шепчу. — Ты же… у тебя там страна. Дворец. Жены…

Я сама себя режу этим словом.

Он делает шаг ко мне. Снег хрустит под его ботинком. Теперь между нами — только сумка с учебниками и пакет с моими продуктами.

— Жен больше нет, — говорит он.

Я моргаю.

— Что?

— Гарема больше нет, — повторяет. — Я ликвидировал его, Аня. Официально. Женщины свободны. У каждой есть выбор, куда пойти дальше. Я расплатился с ними сполна, выслушал крики стариков, вытерпел споры советников.

Он усмехается безрадостно:

— Если честно, было проще подавить еще один бунт, чем отменить то, что для многих — святыня. Но я сделал это.

Слова падают на меня медленно, как снег.

— Зачем? — звучит глупо. Но иначе не выходит.

Он смотрит прямо, не моргая.

— Потому что понял: я не смогу снова тебя увидеть и сказать «останься», пока за моей спиной стоят другие женщины, которые принадлежат мне по традиции, — отвечает. В горле встает ком.

— Ты… — я ищу слова.

— Я думал, что привыкну. Что вернусь к своим делам, к советам, к бумагам. Но каждый день, в каждом пустом кресле, в каждом шаге по дворцу я видел тебя.

Он делает паузу, голос становится совсем хриплым:

— Я разрушил все, что мог стоять между нами, кроме одного. Твоего решения. Ты… вернешься ко мне?

В этот момент мои руки сами разжимаются. Пакет с продуктами и сумка с учебниками падают на снег.

Я делаю шаг навстречу и, как тогда, в дворце, кладу ладонь на его грудь. Чувствую, как под пальцами бешено колотится сердце.

— Да… — мой голос слишком тихий от волнения.

Эмоции зашкаливают, и я сомневаюсь, что смогу справиться с ними.

— Я… — хочу добавить еще что-нибудь, но вместо этого из глаз начинают сильнее течь слезы.

Амин прижимает меня к себе.

Аня

Иногда мне кажется, что все это случилось с кем-то другим.

Отель и долг отца. Жар пустыни и песок на зубах. Гарем, в котором меня считали чужим проклятием. Вечный Источник, толпа, крики. И мужчина в темном пальто у подъезда, который просто сказал: «Я не могу без тебя».

Сейчас я сижу на террасе дворца, под тенью виноградных лоз, и глажу ладонью округлившийся живот. Малыш слегка толкается изнутри, как будто напоминает: я здесь, мама, не забывай.

Ветра с пустыни доносит сухое тепло, но здесь, в саду, прохладно от воды и камня.

Я улыбаюсь сама себе: незаконнорожденный шейх и бывшая девчонка-должница, что жила в подсобке, ждут наследника, будущего правителя этой страны.