Книга Мое карательное право, страница 106 – Мэри Блум

Вот уже не первый год мне часто снится один и тот же сон. Я стою на самом верху высокой каменной башни, аж упирающейся в небеса, и смотрю вниз. Там бродят люди, двигаются, толкаются, шумят о чем-то. А я стою один, вижу их, слышу — и не могу к ним спуститься. В моей башне нет ни дверей, ни окон, ни лестниц — только плоская крыша на высоченной груде камней, и я не знаю, кто их воздвиг: я сам или все они.

— Вам одиноко, господин? — спросила рядом Вэл.

Скорее, горько. Временами кажется, что весь мир против меня. Все злословят, злорадствуют, завидуют и порой даже ненавидят. Насмешки, ехидство, колкие взгляды, шепот за спиной — из этих камней и сделана моя башня.

— Хозяин, если хотите… — начала Крис.

— Не мешайте настраиваться, — хмыкнул я.

Эрик внизу, действуя как распорядитель вечера, ловко рассадил гостей за столом. Красавицы опустились рядом, звонко щебеча и шаловливо улыбаясь, развлекая и расслабляя гостей — эти девушки знали свою работу. Спустившись, я подошел к месту в самом центре стола, которое было оставлено для меня. Приятель поймал мой взгляд и выключил музыку. Разговоры мигом затихли, хрусталь перестал звенеть — и огромный зал окутала тишина. Гости разом повернулись ко мне, уставившись пытливо, как смотрят на зверька в клетке, который должен их развлекать. Нет, господа, в клетке сегодня не я. Сегодня все вы пленники моей башни.

— Дамы нас ненадолго покинут, — сказал я.

Десятки стульев мгновенно скрипнули. Девушки послушно поднялись, поставили бокалы и дружной вереницей пошли к выходу. Остались только две мои спутницы, замершие неподалеку у стены.

— Илья Андреевич, неужели вы хотите испортить вечер? — пробормотал один из дворян, провожая глазами туго обтянутые тканью бедра красавиц.

Последняя переступила порог, а следом за дверь выскользнул и Эрик. По ту сторону тут же протяжно лязгнул тяжелый замок, блокируя выход. Все остальные двери тоже были надежно закрыты, а окон в зале не было — правда, гости об этом еще не думали. В повисшей тишине я выдвинул стул и сел.

— Для начала хочу поблагодарить всех собравшихся. За то, что нашли время и сегодня пришли. Ваше здоровье, господа.

Я поднял со стола бокал с вином, и, повторяя за мной, все вскинули в воздух по бокалу.

— Ваше здоровье, Илья Андреевич! — хором выдали они.

Десятки хрустальных стенок взмыли к губам. Красная, как кровь, жидкость полилась внутрь, отравляя горечью, а затем бокалы со звоном опустились на скатерть.

— Ваше Сиятельство, — попросил один из гостей, — а можно уже девушки вернутся?

Какая наивность. Неужели еще не поняли, что девушки больше не вернутся? Я неспешно обвел глазами собравшихся здесь дворян. Они щурились, скалились, ухмылялись в ответ. Пили за мой счет, но при этом даже не старались выказывать почтение. Пили за мое здоровье, но при этом желали мне смерти… Вэл, а лицемерие — грех?

— Грех, господин, — отозвалась стоящая сзади ангел в моей голове.

— Один из вас меня предал, — вслух начал я. — А может, и не один. Может, вы все собрались, чтобы меня предать…

— Что за паранойя, Илья Андреевич? — фыркнул князь Шереметьев.

— Думаю, — я продолжал медленно скользить взглядом по присутствующим, — вы знаете, что на меня недавно покушались. Кто-то хотел отнять у меня жизнь…

Гости начали хмуриться, еще не понимая, к чему я клоню.