Книга Мое карательное право, страница 58 – Мэри Блум

— Тут прям как в бездне! Душно, темно и все стонут, — довольно осмотрелась демоница.

— И сплошной порок, — сурово заметила Вэл из моей головы, не зашедшая, но наблюдающая за этим “царством греха”. — Я могу их всех наказать, господин.

— Всех не надо, — отозвался я. — На сегодня хватит и одного…

Развернувшись, я отправился к барной стойке в углу. Крис же продефилировала по залу, ловко уворачиваясь от посетителей, которые зазывали ее к себе и с грустью смотрели ей вслед — сами не понимая, как им повезло, что эта роскошная красавица прошла мимо. Издалека я видел Меньшикова, который, все еще в темном худи, но уже без балаклавы, сидел в другом конце клуба в хохочущей компании, звеня бокалами и радуясь, что нагадил мне. Белое платье сверкнуло в полумраке рядом с его столом. Демоница подсела к нему как опытная консуматорша, и после пары минут оба поднялись и зашагали к приват-комнатке. Юра пристроил руку на ее талию, крайне довольный собой. Он-то еще не знал, что за личиком и фигуркой шикарной красавица скрывается отбитая маньячка.

Дверь захлопнулась, пряча их от остального клуба. Отмахнувшись от подсевшей ко мне девицы, назойливо просящей себя угостить, я направился к уединившейся парочке, решив, что минуты им будет достаточно. Юре во всяком случае точно.

— Только имей в виду, — послышался из-за двери его голос, когда я подошел ближе, — я люблю жестко…

— Отлично, — бодро воскликнула Крис, — я тоже!

Следом раздался шорох и его испуганный вскрик.

— Так жестко или еще жестче? — довольно спросила демоница.

— Ты больная? — возмутился он.

На этом моменте я распахнул дверь и, переступив порог, снова плотно ее закрыл. Картина, в принципе, соответствовала моим ожиданиям. В интимном полумраке на небольшом бархатном диванчике лежал Меньшиков, уже без худи и рубашки. Крис, скинув туфли, сидела на нем верхом и увлеченно царапала его живот ногтями, оставляя отчетливые белые полосы — пока еще без крови. Явно не в восторге от такой прелюдии, Юра усердно пытался ее с себя спихнуть. Вот только стройные женские ножки, обнажившиеся полностью от уехавшего вверх платья, прижимали его к бархатной обивке, словно тиски. Так что вырваться он не мог, барахтаясь под демоницей как бабочка в сачке.

Его взгляд остановился на мне и стал еще возмущеннее.

— Ты?! Это что ты все подстроил?..

— В общем так, Юра, — я шагнул к ним, — запомни раз и навсегда: трогать мое нельзя.

— А то что? — пьяно пропыхтел он, вновь пытаясь спихнуть Крис.

Она в ответ царапнула его чуть глубже, и несколько ярко-красных капель засочились по коже.

— А не то я тебя убью, — сказал я. — Обычно я об этом не предупреждаю, но мы с тобой слишком давно знакомы. Считай, ты заслужил исключение.

— А я тебя не боюсь! — нагло пробухтел он. — Ничего не боюсь! И смерти, к твоему сведению, тоже не боюсь!.. Снимай уже с меня эту сучку!

Еще пара бордовых капель потекли по коже, и он поморщился, стараясь скинуть Крис с себя и еще спьяну не понимая, кто перед ним. Нет, Юра, ты не смерти не боишься — ты слов не боишься, а потому бросаешься ими не думая. Кидаешь в лицо, спамишь в личку, пишешь на стенах… Зато сейчас у меня был способ твои слова тебе же в глотку и засунуть — причем в прямом смысле.

— Крис, — позвал я, — скажи, есть ли вещи пострашнее смерти?