Книга Мое карательное право, страница 83 – Мэри Блум

— Думаю, что Зарецкий скоро откажется от этой идеи. Пора ему перестать трусить и хоть за что-то взять ответственность. Я жду, что он ответит на мой вопрос.

— Какой именно?

— О причастности к покушениям на меня.

— Вы думаете, — ее взгляд стал еще пытливее, — он к ним причастен?

— Уверен.

— Но вы же понимаете, что это серьезное обвинение?

— А вы ничего не забыли? — с улыбкой уточнил я.

Усмехнувшись, она завела руки за спину и, расстегнув лифчик, обнажила аккуратную грудь. А прямо под ней слева — чуть ниже сердца — вдруг обнаружился круглый шрам, похожий на разрывной след от пули, который до этого прятало густое кружево ее корсета.

— Откуда это?

— Я же говорила, что была военным корреспондентом.

— Не могу представить военного корреспондента с именем Саломея Сафо.

Вместо ответа она лишь пожала голыми плечами.

— Почему именно Саломея? — спросил я, продолжая гулять по ней глазами.

— Потому что я умею играть мужчинами так, что они положат к моим ногам все что угодно. Даже чужую голову, — усмехнулась она. — А теперь последний вопрос, — ее пальцы нырнули под резинку трусиков и медленно потянули ее вниз, — вы не хотите посмотреть мою спальню?..

Отказываться от приглашения я не стал.

— Тебе понравилось? — выдохнув, Саломея медленно скатилась с меня и упала на подушку рядом.

— Да, — ответил я, накручивая на палец ярко-красный локон, — очень.

Ее страстные рваные стоны, казалось, до сих пор носились по спальне. Кровать только сейчас перестала скрипеть, еле пережив недавнюю нагрузку. Уж насколько была напористой в своем канале, в постели она оказалась еще напористее и настойчивее. У меня до сих пор горели губы от ее обжигающих жадных поцелуев.

— А ты не поскупился, — она извернулась, рассматривая свои бедра.

Кожа была аж красной от моих ладоней. В процессе блогерша просила шлепать себя, и я с удовольствием шлепал за каждый пост в ее “Имперских тайнах”, который мне не нравился. А таких было много.

— Сразу понял, что у тебя давно никого не было.

— Уже три года, — задумчиво отозвалась она. — С тех пор как меня бросил жених.

— Из-за твоего канала?

— Канала тогда не было. Из-за того, что я потеряла магию на войне…

— Сочувствую, — после паузы сказал я.

Кровать снова скрипнула, когда Саломея вдруг резко села и, затолкав подушку под спину, натянула на голое тело одеяло.

— Надеюсь, вы понимаете, князь, что это была разовая акция? — деловито заговорила она и потянулась к тумбочке за ноутбуком.

— Что, даже кофе в постель не предложишь? — усмехнулся я.

— В этой постели вы получили уже достаточно, — невозмутимо отозвалась она, ставя ноутбук на колени, — а мне надо писать интервью. Мы же отказались от видео.

— Даже жаль, — с иронией прокомментировал я. — С удовольствием бы пересмотрел, как ты раздеваешься.

— Может быть, — хмыкнула блогерша, — однажды я предложу еще одно интервью. Мне тоже понравилось…

Экран ярко загорелся, словно вырывая спальню из уютного полумрака. Пальчики, которые недавно гуляли по мне, бодро застучали по клавиатуре.

— Если вы сделаете пожертвование в храм небесных хранителей, господин, — вдруг объявилась Вэл в моей голове, — я готова закрыть на это глаза.

Похоже, кто-то открыл для себя чудо индульгенции.

— Ну и кто теперь продажное исчадие? — тут же подала голос Крис.