Книга Теорема судьбы, страница 63 – Наталия Доманчук

— Не настолько, чтобы я стала восьмой мисс Горячевой.

— Хорошо, что еще я должен сделать?

Кукушкина задумалась.

— Вот видишь, ты сама не знаешь. Так что все, хватит выделываться, мы поженимся!

— Я не выделываюсь. Я просто привыкла все решать сама. Потому что на тебя у меня надежды не было! И сейчас верить тебе, довериться тебе, а если ты снова станешь мудаком?

— Назад дороги нет. Убийство мудака проходит в одностороннем порядке, и мудак воскрешению не подлежит.

— Ах, да? – хихикнула Настя. – Это хорошая новость.

— Да. Так что сейчас у тебя есть я. Называй меня – Данила-не-мудак. И я – твоя сама большая надежда и опора. И любовь. Да?

Кукушкина стоически выдержала мой прожигающий взгляд.

— Скажи! – как мальчишка заканючил я. – Да? Любишь меня?

— А почему я первой должна? – захныкала Настя. – Ты скажи!

— Я люблю тебя! – впервые в жизни произнес я.

— Я люблю тебя! – услышал в ответ и чуть не умер от счастья.

Когда судьба бьет по голове, она вышибает последние мозги

Утро началось со звонка секретарши, которая пыталась доказать мне, что я не могу не появиться на совете директоров в понедельник. Я не выдержал и крикнул:

— Кто из нас начальник? И кто лучше знает, должен я там быть или нет?

— Но Даниил Геннадьевич, – она продолжала сопротивляться, —

совет директоров без вас – это как отмечать день рождения без именинника.

Я устал с ней спорить и бросил трубку.

— Может, она права? – улыбнулась Настя.

— Мечтаешь меня поскорей выпроводить?

— Не хочу, чтобы ты забросил свой бизнес.

— Ты не будешь меня любить бедного? – с укором посмотрел я на нее.

Она закатила глаза, сразу же рассмеялась и спросила:

— Похоже на твою Галочку, да?

— Она не моя. А вот ты – моя! – я накинулся на нее, загребая под себя.

Через полчаса позвонил какой-то акционер, наверняка с подачи секретарши, и тоже стал втирать, что я должен быть на совете директоров. Доводы были конкретные, и я понял, что надо лететь, как бы мне этого не хотелось этого избежать. Я заказал самолет на вечер субботы, а до этого мне нужно было организовать встречу с родителями.

— Как ты думаешь, где нам встретиться? – спросил я у Кукушкиной, когда мы уселись на маленькой кухоньке и поедали горячий пышный омлет. – Может, мне заказать какой-то крутой ресторан? У меня цель, чтобы мама с отцом встретились, и… может быть, у них все получится. Они поймут, что до сих пор дороги друг другу, и сойдутся. Ну и еще я хочу отца познакомить с девочками и с тобой.

— Не думаю, что крутой ресторан нам в этом поможет. Мне кажется, лучше посидеть по-семейному. Чем плохо здесь, у меня? – она резко замолчала и виновато посмотрела на меня. – Я хотела сказать «у нас».

Я рассмеялся:

— Ну уж нет! Моя семья будет жить в лучших условиях. Я бы давно отвез вас в свой дом, но он находится совсем на другом конце Москвы и тебе до работы, и девочкам до учебы надо будет добираться часа полтора.

— Какой ты милый, прям душка. Все не могу понять, с чего ты таким стал?

— Ну мы же уже проехали эту тему! На мне был венец мудака, и ты его своей любовью сняла.

— Венец, значит? – прыснула Кукушкина.

— Может, заговор, не важно. Давай решать по встрече.

— Я уже сказала, что предлагаю тут! – она указала на маленькую гостиную.

— Опять будешь стоять у плиты весь день?