Книга Мое имя Морган, страница 207 – Софи Китч

— Я лично добавлю ваше имя в списки. – Сэр Кей вошел и направился прямиком к столу. Он не видел меня, стоявшую пригнувшись в задней части комнаты. – А потом вы должны будете остаться еще на некоторое время. Расскажете нам о том, как идут сражения за пределами Британии, это доставит его величеству огромное удовольствие, а вы сможете чуть отдохнуть перед новым морским путешествием.

Снова раздался низкий смех, потом – звук шагов, и в комнату вошел человек. Я видела его сбоку: лицо в профиль, элегантная широкоплечая фигура, облаченная в красивую синюю тунику. В моих покоях, вложенный меж последними страницами «Ars Physica», лежал самодельный платок точно такого же оттенка.

Я выпрямилась, зная, что должна уйти или хотя бы отодвинуться с яркого света туда, где он меня не увидит, а мне не удастся как следует его рассмотреть. Но он вошел слишком быстро, ступил в сноп сверкающих солнечных лучей, и его тень, словно призрак, упала на меня.

Теперь он стригся короче, хотя волосы, темные и блестящие, такие же, как в бороде, по-прежнему падали на лоб. Но угловатое лицо, столь мне дорогое, осталось прежним, каждая его черта, каждый изгиб взывали к моему сердцу.

— В таком случае, сэр Кей, я счастлив принять ваше приглашение, – сказал он, окидывая взглядом комнату и улыбаясь чему-то на расписанной птицами стене – не знаю, чему именно, потому что все мои чувства всколыхнулись при виде этой изогнутой губы. – В юности я довольно долго прожил в Корнуолле, так что ваши бурные моря не в первый раз пытаются…

Все еще с улыбкой на лице он повернулся, и его взгляд, чуть опустившись, упал на меня. Наши глаза встретились, и я замерла на месте, сминая в руке лебединое перо.

— …меня утопить, – едва не задохнувшись, договорил Акколон.

Когда ты обращаешься в камень, это очень странное ощущение, но именно они настигло меня в этот момент в залитой солнцем приемной.

Я поняла, что все это время никогда не забывала его: руки, черты лица, певучий голос, произносящий мое имя; суровую грацию его тела, прижавшегося к моему, и порождаемое этим наше обоюдное неизъяснимое удовольствие. Чтобы жить дальше, я похоронила это глубоко в памяти, так что сами воспоминания стали казаться всего лишь мифом тысячелетней давности, прочитанным мною бессчетное множество раз.

Но Акколон из плоти и крови теперь стоял передо мной. Акколон, мой Галл – живой, прекрасный, нечестивый, обрамленный лучами солнца.

Как посмел он явиться сюда, ко двору моего брата – да еще и на турнир, ни много ни мало! Я спаслась от насилия и отчаяния, сражалась с колдунами, королями и людскими кознями, я наконец-то, впервые за много лет, была счастлива. Он не мог вот так запросто объявиться тут и разрушить все. Своим лицом, голосом, воспоминанием о том, чем мы когда-то были друг для друга. Я теперь неуязвима, свободна от него, говорила я себе, хотя кровь бурлила яростью и любовью, и струной дрожал каждый напряженный нерв; это не мой конец, но начало.

— Ну вот, сэр Акколон, ваше имя должным образом внесено в список участников турнира. – Голос сэра Кея доносился издалека, приближаясь к нам, молча и зачарованно глядящих друг на друга. – Леди Морган! – воскликнул Кей. – А я вас там и не заметил. Простите, что не познакомил вас с гостем. Это сэр Акколон Галльский, один из наших самых выдающихся рыцарей. Он только что приехал, а до этого участвовал в битвах короля Артура по ту сторону Пролива. И только что сообщил, что провел юные годы у вас на родине, в Корнуолле. Вы встречались?