Книга Мое имя Морган, страница 42 – Софи Китч

— Садитесь, – сказала я, показывая на ступеньки, которые вели к могиле отца, достала из мешочка на поясе ключ и отперла дверь в ризницу.

— Не думаю, что мне следует тут сидеть, – крикнул Акколон мне вслед. – В конце концов, мне предписано ждать вас снаружи. Нельзя ведь допустить, чтобы нас застали наедине!

— Силы небесные, да это ведь храм Божий. А гроза такая сильная, что никто не усомнится: вам пришлось найти укрытие. – Я пересекла разделяющее нас пространство и протянула ему клетчатую коробку. – Вы просто боитесь оказаться в глупом положении, потому что не умеете играть.

Он помолчал, подняв брови, а потом выхватил у меня коробку и опустился на ступеньку.

— Напротив, госпожа моя. Можете поставить меня в сколь угодно глупое положение, если желаете этого.

Вначале я спустилась к отцовской могиле, зажгла свечи и прочла любимую молитву за упокой его души, прежде чем повернуться к ожидающему Акколону, глаза которого были вежливо устремлены куда-то в сторону, а запястья скрещены на коленях, как у связанного узника. Я села, высыпала шахматы в подол юбки, развернула и поставила между нами доску, а потом расставила по местам резные фигурки из черного дерева и слоновой кости, попутно сообщая их названия.

— Все это мне известно, – заметил Галл. – Еще я знаю, что шевалье может перепрыгивать через любые преграды, а королева может вообще делать все, что пожелает.

— Все, кроме того, что может рыцарь – по-вашему, шевалье. – Я выхватила из его пальцев резную женщину в короне и поставила обратно на ее клетку. – Теперь внимательно выслушайте остальные правила, и сыграем.

— И я, конечно же, проиграю.

— Да, конечно же, – жизнерадостно подтвердила я. – Вы будете проигрывать снова и снова. Но ведь только так и можно чему-то научиться. Это вроде как упасть с коня во время копейной сшибки и снова сесть верхом. И однажды вы меня победите; подумайте только, как это будет замечательно.

Его глубоко сосредоточенный взгляд встретился с моим; в скудном свете свечей глаза Галла были почти полуночного оттенка. Еще один громовой раскат прогремел над нашими головами, и на этот раз подскочили мы оба. Акколон опустил глаза, с новым интересом разглядывая фигуры на доске.

— Вы слишком мудры, леди Морган, – тихо сказал он. – Уверен, мне никогда не удастся вас победить.

— Конечно же, удастся, – сказала я, хотя мне потребовалось некоторое время, чтобы собраться с мыслями для ответа. – Значит, так, я буду играть белыми, потому что я – леди, но первый ход сделаете вы, чтобы иметь преимущество. – Я подняла руку над доской и махнула ею с подобием властности. – Итак, Акколон Галльский, начнем. Ваш ход.

Второй урок состоялся через несколько дней, во время следующего сильного ливня. Все это время Акколон безупречно выполнял свои обязанности, терпеливо ждал на крыльце церкви и игнорировал мои насмешки насчет того, что он просто боится снова проиграть. Но в то утро дул ветер, под навесом крыльца разлилась лужа. Галл сперва спорил, но перспектива ходить весь день в мокрых сапогах быстро загнала его внутрь.

Наконец мы уселись, и я передала ему фигуры, чтобы он их расставлял.

— А что вы делали ребенком у себя в Галлии, – спросила я, когда мы приступили к партии, – если не играли в шахматы?