Книга Мое имя Морган, страница 81 – Софи Китч

Элис уставилась на меня.

— Но почему? Ты выбрала жизнь здесь.

Я с трудом сглотнула горькую слюну.

— Дело в правовых вопросах. Подозреваю, нужно будет отказаться от моих земель и звания принцессы, чему я только рада. Не переживай, я по-прежнему смогу принять постриг.

— Да, вот только призывает тебя не кто иной, как Утер Пендрагон, – сказала Элис. – Вдруг он затеял что-то еще? – Она взяла меня за плечи, и на узком лице от беспокойства появились морщинки. – Не нравится мне это, Морган. Оставайся здесь, откажись уезжать.

— Не могу, это королевский приказ. Если не поеду, аббатису Гонорию обвинят в измене.

— Нет, если ты останешься по закону о праве убежища. Вернись к аббатисе, расскажи ей все, что знаю я, о том, как именно верховный король обращался с тобой все эти годы. Она тебе не откажет, и Утер ничего не сможет поделать. Даже он не посмеет бросить вызов законам Бога и церкви.

Формально доводы Элис были неопровержимы, но, зная Утера, я не была так уж в этом уверена.

— От этого все аббатство окажется под угрозой, – возразила я. – Он запретит матери жертвовать на монастырь и велит своим баронам, чтобы они приказали то же своим женам. Тогда Святая Бригида разорится уже к осени, а сестры окажутся без приюта. Ты хочешь все же выйти за беззубого рыцаря с гор? Я не могу поступить так со всеми вами.

Элис в ужасе прижала к губам ладонь.

— Он не может так поступить.

— Очень даже может. – Я посмотрела ей прямо в глаза. – Послушай, сердечко мое, эта поездка почти наверняка – простая формальность. Я съезжу, подпишу все, что нужно, еще раз заявлю о желании стать Господней невестой, а потом вернусь. Аббатство не пострадает, а мы сможем сделать все, как задумали.

Она посмотрела на меня. Ее убежденность явно поколебалась.

— Очень хорошо, тогда я поеду с тобой.

— Элис, тебе нельзя ехать. Ты еще не совсем поправилась, одно только путешествие может тебе навредить.

— Я в полном порядке, – парировала подруга, – ты об этом позаботилась. А теперь моя очередь позаботиться о тебе, и я достаточно высокородная для этого. Возьмешь меня с собой в качестве фрейлины.

— Я не могу просить тебя об этом, – возразила я.

— А тебе и не придется, – ответила она, искренняя, как в тот день, когда мы только познакомились, – потому что я сама на этом настаиваю. Я не дам тебе уехать туда одной, Морган, даже за все звезды с неба.

Я глубоко вздохнула, понимая, что нужно отказаться, но при этом так желая согласиться, и судорожно обдумывала слова Элис. Надвигалась опасность, большая, темная – призрак Утера Пендрагона обретал плоть, кости и сухожилия, кровь и желчь, набирал силу. Я посмотрела на Элис, на решительное, непоколебимое лицо девушки, которой так доверяла. Ее мудрость и сильный дух, казалось, поддерживают нас обеих. Мне хотелось, чтобы она была со мной.

— Хорошо, – сказала я, – поедем в Тинтагель вместе.

День нашего отбытия выдался ярким, солнечным – чистое небо являло собой полную противоположность тому, под каким я родилась. Март всегда переменчив, непостоянен, его разрывает между зимой и весной; погода в мой день рождения всякий раз новая, иная, не как в предыдущие годы. В этот раз небо оделось глубокой убедительной синевой, легкое солнце сияло среди белых округлых облачков, а кожу ласкал аромат цветения природы.