Онлайн книга «Ведьмина кровь. Ясиня и проклятый князь»
|
Долгими, погожими вечерами садилась Ясиня на старом крылечке и неторопливо расчёсывала волосы костяным гребешком, найденным среди вещей матери. Слушала перекличку птиц в ветвях, тихое журчание ручейка, пронзительные крики лягушек… В такие вечера иногда вспоминался ей отчаянный синий взгляд бесстыжего гридня, его жаркие поцелуи, и снова сбивалось в трепет сердце княжны, снова разгорался жар румянца на её щеках. Ах, хоть бы ещё один, единый разочек, увидеть ясноглазого молодца. Дотронуться до его буйных кудрей, приложить ладонь к сильной груди. Почуять, как часто, точно как у неё же, бьется горячее мужское сердце… Эти глупые мечты туманили голову Ясини и в нынешний вечер. Начинающийся дождик оросил лицо девушки редкими каплями и, поморщившись, торопливо сбежала княжна с крылечка, снять развешенные для просушки рубахи. Быстро закинув на плечо почти сухую одёжку, Ясиня дёрнулась было в дом, но тут жалобные, громкие стоны достигли её ушей. Подвывая, странный голос то становился громче, то срывался в негромкое, печальное бормотание. Доносились страдания со стороны расположенного за ближайшей берёзовой рощицей болота. До крайности озадаченная странными звуками, Ясиня позабыла о накрапывающем дожде и решила взглянуть на неведомого страдальца. «Видать бедолаге совсем невмоготу, раз так убивается», — рассуждала девушка, с тревогой вглядываясь в просветы между деревьев. Вот незнакомец затянул что-то совсем горестное и Ясиня ускорила шаг. Почти бегом выскочив на прогалину на краю болота, она потрясённо замерла. — Ну, чего смотришь⁈ — фыркнул на неё большой чёрный кот, оторвавшись от заунывных завываний. — Котов не видела? Ступай себе куда шла. На короткое время потеряв дар речи, Ясиня лишь удивленно моргнула в ответ. Словно бы и не заметив её растерянности, кот снова завел свои причитания, — Ох, судьба моя, судьбинушка горькааая. Нет мне горемычному покоя. Негде сиротинушке голову преклонить. Негде сухую корочку в рот положить. Так и помрууу от голода, от холода… Ясиня ещё немного послушала его жалобные подвывания и нахмурилась, — Сдаётся мне, что я тебя понимаю… — Тоже сиротинушка бесприютная? — горестно шмыгнул носом котяра. — Не о том речь веду, — покачала головой Ясиня. — Морок ты болотный — Аука? Али вправду баешь ты по-нашему, по-человечьи? — Да что это такое, — обиженно фыркнул кот, — чуть что — сразу обзывать котика словами бранными! Какой я тебе Аука⁈ Слепая ты чтоль, девка? Кот приосанился, распустил хвост веером. — Так значит, разговариваешь… — медленно присела на кочку Ясиня. — И как тебя, говорящего, сюда, в лес, занесло? Глава 16 Похныкивая и жалобно подвывая, поведал котяра свою печальную историю. Мол, жил он себе, не тужил, в зажиточном доме деревенского кузнеца. Сытно ел, сладко спал, да горя не знал. Пока однажды не случилось беды — прогневал котик зловредного банника, что жил в кузнецовой баньке. — Ох, аспид подколодный, злонравный и подлый! — бурчал кот. — И сожрал то я совсем немного. Да и чегось есть-то там было? Полмисочки молока, да малый шмоточек сальца. Ну и откуда ж мне, бедняжечке, было знать, что то — хозяйское подношение баннику, а не угощение для котика⁈ Полакомился я, значит, самую малость, не успел усы облизать, как хвать — выскакивает из-за печи этот злобный сморчок, росточком чуть больше мыши. Бородёнка жидкая, глазки, что угольки горят. Вопит, хуже тётки Федоры… Ну я, знамо дело, хотел уладить дело миром: прижал его лапой к полу и вразумляю по-свойски: «Чё орёшь, дурак? Что сожрано — обратно не вернёшь». Но куда там! Увернулся банник, пригрозил мне кулачком, да и проклял, зараза такая! Как есть проклял! На другой день, с утречка, соскочил я с тёплой печки, потянулся, потёрся об ногу хозяюшки — жены кузнеца, да и говорю ' Покорми котика!«. Да вместо привычного 'Мяу-мяу», сказал то по-человечьи. Хозяйка, понятное дело, в крик! На лавку запрыгнула, да метлой меня, метлой… Пытался я ей втолковать, что нет тут моей вины, всё проклятый банник, но она только пуще раскричалась, мол, изыди отродье нечисти. Хозяина позвала, тот меня в мешок и вон из дома. Хотел в речке утопить, да передумать нечистью речную воду поганить. Отнёс меня на болото и бросил здесь, сиротиночку несчастную, на верную смерть… |