Книга Развод. Ты (не) заслуживаешь прощения, страница 3 – Ари Дале

Вот только даже прорывающийся наружу испуг не заставит меня подчиниться.

— Тебе мало, что я по твоей прихоти "в частной клинике" лежала? Решил полностью уничтожить? — намеренно ударяю по больному.

Жаль, что мои слова не пробивают толстую кожу мужа, не наносят рану, которую он оставил у меня в груди, не заставляют кровоточить душу каждый раз, стоит только представить, какая жизнь у нас могла бы быть.

Детский плач…

А потом смех…

Семейные завтраки, прогулки, поездки…

Мы всего этого лишились, потому что муж не смог удержать свой причиндал в штанах.

— Я все сказал! — холодно произносит Миша.

Резко отстраняется. С легкостью поднимает чемодан, будто тот ничего не весит. Идет к лестнице. Тянет меня за собой.

Он начинает подниматься, при этом настолько сильно сдавливает мое запястье, что я шиплю от боли. Но вместо того, чтобы пойти за ним, вцепляюсь в перила свободной рукой, а другую — дергаю изо всей силы.

Не знаю, каким чудом, но запястье выскальзывает из грубых пальцев. Кожу печет, но я игнорирую боль. Наблюдаю за тем, как муж медленно оборачивается ко мне. Смотрит сверху вниз, хмурясь. В его глазах появляется доля интереса, но ее быстро смывает ставшая знакомой тьма.

Муж чуть приподнимает бровь, молчит. Явно бросает мне вызов. Как бы безмолвно говорит: “Ну давай, попробуй пойти против меня”.

Но я, итак, долго думала и уже приняла решение. Теперь не отступлю от него.

— Верни чемодан, — протягиваю все еще ноющую руку. — Нашей семьи больше нет. “Нас” не стало вместе с гибелью нашего ребенка, — выдавливаю из себя последние слова. Но понимаю, что не могу сдаться, поэтому судорожно вздыхаю и продолжаю. — Ты не сможешь меня удержать. Мне больше нечего терять.

— Уверена? — Миша едва заметно склоняет голову к плечу. — А как же твои родители, и их “маленький бизнес”? Что будет, если он схлопнется? — муж приподнимает руку и щелкает пальцами. — А еще напомни, кто оплачивает учебу твоей сестры в Италии? — он сдвигает брови к переносице. — Попробуй уйти от меня и увидишь, как твоя семья полетит в бездну.

— Ты не посмеешь, — стараюсь говорить уверенно, хотя все внутри холодеет.

Миша не бросает слова на ветер. Это я прекрасно усвоила за шесть лет брака. Много раз видела, как он безжалостно разрушал бизнесы, уничтожал конкурентов. Все, чтобы достичь целей и плевать, кто пострадает.

— Проверь, — уголки губ мужа подрагивают, — ты не захочешь проверять, — он разворачивается и начинает подниматься по лестнице.

А я стою внизу, раскрыв рот, и не верю в произошедшее.

Он же не мог… мне показалось? Или…

Миша действительно меня шантажирует?

Ярость лавой разливается по телу. Стискиваю кулаки и следую за мужем.

— То есть ты решил запереть меня в доме и сделать своей рабыней? — бросаю Мише в спину, удивляясь, с какой легкостью он несет едва подъемный чемодан.

— Нет, — спокойно отвечает он, достигая второго этажа.

— Значит, я могу уйти? — с трудом дыша, быстро преодолеваю ступеньку за ступенькой.

— Да, — муж через плечо бросает на меня взгляд, сворачивает в коридор с бежевыми стенами, из которого две двери ведут в спальни с собственными ванными.

— Тогда верни мне чемодан. Я ухожу! — наконец забираюсь наверх и иду за Мишей, игнорируя жжение в груди.

Муж застывает. Я тоже.