Книга Курс 1. Декабрь, страница 141 – Гарри Фокс

Второй.

«Взаимодействие стихийных щитов: совместимость и конфликт. Теорема Вейсмана и её практическое применение».

Третий.

«Энергетические потери при трансформации заклинаний. Методы минимизации».

Я выдохнул. Вопросы попались не самые простые, но, к счастью, я готовился. Теория заклинаний после занятий с Катей перестала быть для меня тёмным лесом. Она въелась в подкорку, отпечаталась на сетчатке, поселилась в мыслях.

— Первый вопрос, — начал я, собираясь с мыслями. — О наложении защитных чар на движущиеся объекты.

Я говорил минут пятнадцать, наверное. Сначала неуверенно, потом всё более раскованно. О том, как классическая сфера неприменима для бегущего человека, потому что смещается центр тяжести. О том, как маги четвёртого века придумали эллиптические щиты, подстраивающиеся под движение. О теореме Вейсмана, которая объясняет, почему обычный щит на всаднике работает в три раза хуже, чем на пешем воине. О современных разработках, где щит «дышит» вместе с объектом защиты.

Торрен слушал молча. Сидел, сложив руки на столе, и не перебивал. Изредка кивал — один раз, другой, третий. Когда я закончил первый вопрос и собрался переходить ко второму, он поднял руку.

— Достаточно, — сказал он.

Я замер.

Он снял очки, медленно протёр их специальной тряпочкой, которую достал из ящика стола. Надел обратно. Посмотрел на меня. В его взгляде больше не было ни скепсиса, ни привычной профессорской снисходительности.

— Любопытно, — произнёс он, и в этом слове слышалось что-то новое. — Весь семестр Вы показывали посредственные результаты. Троечки с натяжкой, четвёрки с моей помощью. Я уже думал, что Вы из тех студентов, которые просто отбывают номер. А тут вдруг… — он покачал головой. — Похоже, экзамен по теории магических построений пошёл Вам на пользу. Или, может, у Вас появился хороший репетитор?

Я промолчал, но, кажется, на моём лице что-то отразилось, потому что Торрен хмыкнул.

— Так и думал. Передайте Волковой, что я оценил её педагогический талант.

— Обязательно, профессор.

Он поставил размашистую подпись в моём зачётном листе и протянул его мне.

— Автомат Ваш. Идите. И больше не опаздывайте — в следующий раз могу и не смилостивиться.

— Спасибо, профессор! — я вскочил так резко, что стул едва не опрокинулся. — Спасибо огромное!

— Бегите уже, — он махнул рукой, и в этом жесте мне почудилось что-то почти отеческое. — У Вас там дальше Вайс. И не опаздывайте к нему, он этого не любит. В отличие от меня, он не прощает.

Я вылетел из аудитории с лёгким сердцем и глупой улыбкой на лице. Первый зачёт сдан! Автомат! В кармане!

В коридоре я остановился, прислонился к стене и перевёл дух. Голова кружилась от адреналина, усталости и внезапно нахлынувшей эйфории. В груди распускалось тёплое, приятное чувство — я справляюсь. Я реально справляюсь.

— Катя, — прошептал я, доставая коммуникатор. — Ты гений. Первый зачёт в кармане.

Сообщение улетело, и почти сразу пришёл ответ: «Я же говорила. Давай дальше, герой. Вайс ждать не будет »

Я улыбнулся, спрятал коммуникатор и рванул дальше. Впереди было ещё пять зачётов. Но теперь я точно знал — у меня всё получится.

От автора: Автомат? Да. Это считается своего рода автоматом. Потому что полная сдача зачёта чуть ли не равняется экзамену. Если преподаватель чувствует, что ты знаешь материал, то он поставит тебе сразу отметку.